3 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Как правильно называется клетка в зале суда

Зачеркнуть клетку

«Начиная с 2014 года Европейский суд последовательно придерживается позиции, согласно которой содержание заявителей в зале суда в месте, огороженным металлическими прутьями с перекрытием из проволоки (далее — металлическая клетка), является недопустимым», — рассказывают в минюсте.

Россия принимает меры, и клетки постепенно уходят в прошлое. Изменены правила проектирования зданий судов, теперь закладывать клетки в проекты новых дворцов правосудия нельзя. А в действующих залах клетки демонтируются. «По сообщению Судебного департамента при Верховном суде Российской Федерации, в настоящее время организована и планомерно осуществляется постепенная замена металлических клеток в залах судебных заседаний на светопрозрачные кабины (в рамках выделенных бюджетных ассигнований на строительство и реконструкцию судов общей юрисдикции)», — рассказали в минюсте.

Кроме того, в Госдуме находится законопроект, запрещающий клетки. Что же касается стеклянных кабин, то, как подчеркивают в Минюсте России, ЕСПЧ считает их допустимыми при соблюдении определенных правил.

«Федеральная палата адвокатов РФ давно говорит о необходимости убрать клетки из судов. Более того, мы экспертно прорабатывали эту инициативу совместно с коллегами из Совета Федерации», — рассказал «РГ» статс-секретарь ФПА России Константин Добрынин.

По его словам, клетки появились в какой-то старой инструкции советского минюста в конце 1970-х годов прошлого века и практически никогда не реализовывались как метод.

«Впервые в жизнь клетка пришла 14 апреля 1992 года — тогда в зале № 5 Ростовского дома правосудия проходил процесс над серийным убийцей Андреем Чикатило, но тогда идея государства была скорее в том, чтобы сохранить жизнь чудовищу во время процесса и для торжества правосудия, а не распространять обычай на всех остальных, — напомнил Константин Добрынин. — Но впоследствии этот опыт пригодился во время судов над гангстерами 90-х годов».

К середине 1994-го клетки были установлены практически во всех залах судов, где рассматривались уголовные дела, хотя, как подчеркивает статс-секретарь ФПА, закона, позволяющего устанавливать в судебных залах железные клетки, не существует — по-прежнему это регулируется внутриведомственными инструкциями.

«Где-то с 2004 года началась планомерная замена клеток на светопрозрачные модульные кабины, но проект прошел относительно успешно лишь в Москве и Санкт-Петербурге. В целом по России доля кабин составляет примерно 30 процентов», — говорит он.

Минюст начал демонтировать клетки в судах

В Министерстве юстиции сообщили, что уже приступили к постепенному демонтажу клеток в судах, передаёт «Российская Газета».

Статья в тему:  Який орган здійснює нагляд за діяльністю судів загальної юрисдикції

По данным Минюста, Европейский суд по правам человека сейчас рассматривает свыше 900 жалоб от подсудимых из России, которые в ходе процесса по своему делу находились в клетках. 130 из этих жалоб поступило только в этом году.

«Начиная с 2014 года Европейский суд последовательно придерживается позиции, согласно которой содержание заявителей в зале суда в месте, которое огорожено металлическими прутьями с перекрытием из проволоки (далее – металлическая клетка), является недопустимым», – передаёт издание сообщение представителей Минюста.

В министерстве утверждают, что необходимые меры уже приняты. В частности, внесены изменения в правила проектирования зданий судебных учреждений. Теперь в их проекты нельзя закладывать клетки, а уже существующие – демонтируют. Законопроект об их запрете сейчас рассматривает Госдума.

«По сообщению Судебного департамента при Верховном суде, в настоящее время организована и планомерно осуществляется постепенная замена металлических клеток в залах судебных заседаний на светопрозрачные кабины – в рамках выделенных бюджетных ассигнований на строительство и реконструкцию судов общей юрисдикции», – говорят в Минюсте. Там отмечают, что стеклянные кабины в ЕСПЧ считают допустимыми, если соблюдён ряд правил.

Кроме того, о необходимости убрать клетки говорят и в Федеральной палате адвокатов (ФПА). «Более того, мы экспертно прорабатывали эту инициативу совместно с коллегами из Совета Федерации», – пояснил статс-секретарь организации Константин Добрынин.

Он поясняет, что впервые положение об установке клеток в судах появилось в инструкции советского Минюста в конце 70-х, но на практике её не реализовывали вплоть до начала 90-х.

«Впервые в жизнь клетка пришла 14 апреля 1992 года – тогда в зале № 5 Ростовского дома правосудия проходил процесс над серийным убийцей Андреем Чикатило, но тогда идея государства была скорее в том, чтобы сохранить жизнь чудовищу во время процесса, а также для торжества правосудия, а не распространять обычай на всех остальных, – говорит Добрынин. – Но впоследствии этот опыт пригодился во время судов над гангстерами 90-х годов».

Окончательно клетки установили почти во всех залах судов только к середине 1994 года. Но в ФПА отмечают, что закона, который позволяет их устанавливать, не существует. Этот вопрос регулируют внутриведомственные инструкции.

Летом этого года от клеток в судах потребовала отказаться уполномоченный по правам человека Татьяна Москалькова. До этого их демонтаж заморозили в связи с затратностью. Москалькова же призвала в таком случае просто не пользоваться клетками во время судебного процесса.

Как правильно называется клетка в зале суда

В Госдуму внесен законопроект о запрете «защитных кабин» и клеток в зале судебного заседания. «Медиазона» напоминает о долгой борьбе адвокатов и правозащитников с не регламентированной ни одним законом, но прижившейся в российском суде практикой, которую ЕСПЧ давно признал унижающей человеческое достоинство.

14 ноября группа сенаторов внесла в Госдуму законопроект о запрете клеток и застекленных камер («аквариумов») в судах, который в случае принятия позволит подсудимым участвовать в процессе не из-за решетки, а сидя за столом со своим адвокатом. Председатель комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и госстроительству Андрей Клишас, который руководил разработкой законопроекта, считает, что содержание обвиняемого в клетке во время процесса ограничивает его право на юридическую помощь и эффективное участие в судебном разбирательстве.

Статья в тему:  Когда будет суд в гааге

«Поэтому законодатель предлагает меры, направленные на обеспечение защиты конституционных прав граждан и соблюдение презумпции невиновности», — сказал Клишас «Интерфаксу».

Текст законопроекта пока не опубликован на сайте Госдумы. «Интерфакс», ознакомившийся с документом, сообщает, что сенаторы предлагают внести поправки в Уголовно-процессуальный кодекс, которые запретят помещать подозреваемых, обвиняемых или подсудимых в «защитные кабины в процессуальной зоне залов судебных заседаний, а также использовать иные конструкции, препятствующие общению указанных лиц с адвокатом». Для этого авторы инициативы собираются внести изменения в два нормативных документа — свод правил проектирования зданий судов и утвержденное приказом МВД «Наставление по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых».

Согласно пояснительной записке, инициатива направлена на гуманизацию отношения к подсудимым и подследственным. «Можно констатировать, что наше общество в целом уже негативно воспринимает тот факт, что подозреваемые, обвиняемые или подсудимые размещаются в «клетках», будь то металлические или же стеклянные конструкции», — сказано в записке. Сенаторы ссылаются на позицию Европейского суда по правам человека, который признавал содержание в клетках и «аквариумах» нарушением статьи 3 Европейской конвенции по правам человека (запрет бесчеловечного или унижающего достоинство обращения). В частности, упоминается решение Большой палаты ЕСПЧ по жалобе Александра Свинаренко и Валентина Сляднева — судьи признали нахождение в клетке во время процесса унижением достоинства подсудимых, которое не может быть оправдано никакими соображениями. Россиянам тогда присудили по 10 тысяч евро компенсации морального вреда.

Барьеры, клетки, «аквариумы»

Впервые в зале российского суда клетка появилась в апреле 1992 года во время процесса над серийным убийцей Андреем Чикатило в Ростовском доме правосудия, рассказывал ранее сенатор Клишас. К середине 1994-го клетки были установлены почти во всех судах страны.

При этом юрист международной правозащитной группы «Агора» Ирина Хрунова, которая начала адвокатскую практику в 1998 году, вспоминает, что в первые годы ее работы металлические клетки были еще редкостью. «В этом году будет 20 лет, как я работаю адвокатом. 20 лет назад, когда я пришла, не было ни клеток, ни «аквариумов». Зал судебного заседания представлял собой именно то, что мы видим в фильме «Берегись автомобиля» — загончик, который по пояс окружен заборчиками. Никаких клеток не было. Потом уже начали вводиться клетки, и говорили, что это безопасность», — рассказывает Хрунова.

В конце 2000-х в судах стали оборудовать «изолирующие светопрозрачные защитные кабины» — «аквариумы». В феврале 2009 года о появлении «аквариума» в Хамовническом суде Москвы писал «Коммерсант» — там шло рассмотрение второго дела ЮКОСа. Уже после первого заседания газета сообщила, что адвокаты Михаила Ходорковского и Платона Лебедева не могут общаться с подзащитными и обмениваться с ними документами, поскольку между ними «стеной» встали приставы. Ходатайство адвокатов об освобождении подсудимых из боксов на время заседания судья Виктор Данилкин отклонил.

Клетка и ЕСПЧ. Адвокаты задают новый тренд

Главные фигуранты дела ЮКОСа оказались в «аквариумах» после того, как обратились в Европейский суд: Лебедев в 2005 году, Ходорковский — в 2006-м. В жалобах в том числе говорилось, что содержание подсудимых в клетке во время процесса нарушает их права.

Статья в тему:  Кто освобожден от уплаты госпошлины в суд рк

Как писали заявители, во время процесса по первому делу ЮКОСа обвиняемые находились в металлической клетке, охраняемой вооруженными приставами. Конфиденциально общаться с адвокатами они не могли — от защитников требовали не подходить к клетке ближе, чем на полметра, а все разговоры с подсудимыми могли слышать приставы. Заявители отмечали, что водворение в клетку может негативно сказаться на отношении общества к подсудимым. ЕСПЧ согласился, что такие условия содержания в зале суда были унизительными для подсудимых и могли заставить стороннего наблюдателя поверить, будто судят «чрезвычайно опасных преступников», а это подрывает презумпцию невиновности. Страсбургский суд расценил это как нарушение статьи 3 Европейской конвенции.

В 2018 году ЕСПЧ вынес схожее решение, но на этот раз речь шла не о металлических клетках, а об «аквариумах». Участницы группы Pussy Riot среди прочего указывали на содержание во время процесса в застекленном боксе в том же Хамовническом суде Москвы. В этом случае Европейский суд увидел нарушения стетей 3 и 6 Конвенции (запрет пыток и право на справедливое судебное разбирательство). Помимо того, что помещение подсудимых в «аквариум», окруженный конвоирами, могло спровоцировать предвзятое к ним отношение, ЕСПЧ обратил внимание на ограничения их общения с адвокатами. В частности, между боксом и столом адвокатов стояли приставы, которые слышали разговоры защитников с участницами Pussy Riot. Общение было затруднено и самой конструкцией бокса: в стенке был оставлен лишь небольшой проем размером 15 на 60 сантиметров на высоте примерно метра от пола, из-за чего трем подсудимым приходилось наклоняться и разговаривать с защитниками по очереди.

Европейский суд в этом случае подчеркнул, что соблюдение права обвиняемого на конфиденциальное общение с адвокатом — одно из основных условий справедливого судебного разбирательства. ЕСПЧ пришел к выводу, что Россия не смогла обосновать необходимость содержания подсудимых в «аквариуме», из-за которого они были ограничены в общении с адвокатами.

Хрунова, представлявшая участниц Pussy Riot по жалобе в ЕСПЧ, говорит, что содержание подсудимых и подследственных в клетке или «аквариуме» мешает работе защитников. Она отмечает, что в практике разных судов и разных регионов ограничения на общение с адвокатом могут быть разными; по-прежнему возможны случаи, подобные описанным в жалобе Ходорковского и Лебедева, когда юристам разрешают приближаться к запертому в клетке клиенту лишь на расстояние вытянутой руки.

Несмотря на то что ЕСПЧ не раз присуждал компенсации заявителям из России по подобным жалобам, на практику российских судов это не повлияло. Например, в августе защита обвиняемой по делу «Нового величия» Анны Павликовой, на тот момент находившейся под стражей, просила на время заседания позволить девушке покинуть «аквариум», но суд отклонил это ходатайство, проигнорировав отсылки адвоката Ольги Карловой к позиции ЕСПЧ.

«Так как она находится под стражей, это защищает ее от общества и общество от нее — такая была мотивировка, — объясняла тогда Карлова «Медиазоне» позицию судьи. — А мои доводы о том, что виновность ее еще не доказана и содержание ее в аквариуме заведомо делает ее виновной, суд не принял».

Статья в тему:  Чем отличается представительство в суде от общегражданского представительства

И Хрунова, и Карлова говорят, что в их практике судьи ни разу не удовлетворяли ходатайство об освобождении их подзащитных из клетки или «аквариума» на время заседаний.

«Это противоречит позиции Европейского суда, но у нас продолжается эта пагубная привычка содержать людей, которые еще только находится под следствием, либо в клетке, либо в «аквариуме» так называемом», — замечает адвокат Карлова.

Ее коллега Ирина Хрунова еще летом говорила, что, настойчиво заявляя ходатайства о том, чтобы подследственных и подсудимых выпускали из клеток, адвокаты в конце концов смогут повлиять на судейское сообщество.

«Почему это делают адвокаты? Мы это делаем для того, чтобы начать изменение какое-то практики, — объясняла адвокат «Медиазоне». — Если нашу практику будут видеть другие адвокаты, эта практика будет распространяться. Чем больше ходатайств будут заявлять адвокаты, чтобы выпускали людей, тем больше суд будет это слышать. Никто не отменяет эти совещания судей, на них будут рассматриваться эти вопросы. Нам под силу такую практику внести. Когда я задаю обоснованное ходатайство и говорю, что [это] ненасильственное преступление, [обвиняемый] человек, не склонный насилию, ранее не привлекался… Почему он должен сидеть в клетке? Я буду очень рада, если суд обоснованно ответит на мое ходатайство. То есть мы задаем такой тренд новый: если каждый процесс адвокаты будут заявлять такое ходатайство, суды будут вынуждены на это реагировать».

«Как в европейских судах»

В конце июля спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко потребовала до конца года найти решение проблемы содержания подсудимых и подследственных в клетках. «Необходимо, чтобы было так, как в европейских судах — чтобы подсудимый сидел за столом, рядом со своим адвокатом. Исключение должно быть только для самых опасных преступников. Давайте до конца года решим эту задачу», — сказала Матвиенко на заседании верхней палаты парламента, обращаясь к председателю Верховного суда Вячеславу Лебедеву и Андрею Клишасу.

Весной прошлого года Совет Федерации, ФСИН и Федеральная палата адвокатов обсуждали возможность убрать из судов клетки, заменив прозрачными кабинами.

В августе 2017-го Клишас говорил, что сенаторы изучают этот вопрос и «у всех есть понимание, что с этим нужно что-то делать». Сенатор также отмечал, что установка клеток не регламентируется законом, хотя параметры «аквариумов» и клеток прописаны в утвержденном в 2012 году Госстроем своде правил «Здания судов общей юрисдикции. Правила проектирования».

Лебедев поддержал эту инициативу и отметил, что в советских судах не было «ни клеток, ни стеклянных коробок», но работала «высокопрофессиональная конвойная служба». Гендиректор судебного департамента Верховного суда Александр Гусев рассказал, что его подразделение ведет переговоры с МВД, чтобы вернуть в залы барьеры, но это потребует дополнительных расходов.

В тот же день глава профильного комитета Совфеда Клишас рассказал о разработке законопроекта, запрещающего помещать подсудимых в зале суда в клетки. «В комитете разработан проект федерального закона, направленный на запрет помещения подсудимых внутрь ограждающих конструкций в зале суда, в настоящий момент законопроект проходит необходимые согласования», — сказал сенатор, добавив, что в обсуждении инициативы участвуют Минюст и Федеральная служба судебных приставов.

«Мы уже на пути к тому, что подсудимый будет сидеть рядом с защитником на одной скамейке за столом. Я думаю, что в скором будущем это будет, — оптимистична адвокат Карлова. — Я думаю, что и защитников [нужно за это благодарить], которые об этом каждый раз говорят и требуют применения этой нормы ЕСПЧ. И вообще мировую практику. Мы должны обязательно к этому прийти, и я уверена, что Россия к этому придет. Если защитники постоянно буду молчать, то этого не будет».

Статья в тему:  Дела которые рассматривает суд присяжных

Оформите регулярное пожертвование Медиазоне!

Как к содержанию подсудимых в клетках во время заседаний относятся в России и за рубежом?

Лента новостей

  • 17:20 Привитым «Спутником V» могут закрыть въезд в США
  • 16:44 Киев допустил полную остановку транзита газа в Венгрию через Украину
  • 16:16 «Газпром» и Венгрия подписали газовый контракт на 15 лет
  • 15:33 Организатор восхождения на Эльбрус написал явку с повинной после гибели альпинистов
  • 15:23 Задержан организатор смертельного восхождения на Эльбрус
  • 15:18 ФАС потребовала от «Пятерочки» снизить цены на продукты в Калмыкии
  • 15:07 Путин назвал главных врагов России
  • 14:53 В Макрона с криком «Да здравствует революция!» полетело яйцо
  • 14:24 «Интерфакс» узнал о подготовке визита Виктории Нуланд в Москву
  • 14:01 Ширвиндт из-за возраста решил оставить пост худрука Театра сатиры
  • 13:56 МВД переведет прописку россиян на «Госуслуги»
  • 13:44 Путин из пятерки «ЕР» отправил в Госдуму только Кузнецову
  • 13:25 Роскомнадзор потребовал удалить новость о дефиците продуктов на Таймыре
  • 13:06 В России разрешили испытания новой вакцины от ковида
  • 12:54 ВОЗ собирает команду для нового расследования происхождения COVID-19
  • 12:31 Лукашенко заявил о «гуманитарной катастрофе» на границе с ЕС
  • 12:26 В бундестаг проходит трансгендер, а мэром Берлина впервые станет женщина
  • 12:09 Лукашенко назвал Украину базой для подготовки провокаций в Белоруссии
  • 11:46 Суточный прирост ковида в России превысил показатель в 22 тысячи
  • 11:33 Явлинский попал в больницу из-за проблем с сердцем
  • 11:17 Акции «Газпрома» обновили 13-летний максимум
  • 10:49 Глава Pfizer спрогнозировал сроки возвращения мира к обычной жизни
  • 10:26 Россияне оценили идею Шойгу о новых городах в Сибири
  • 10:01 ФСБ предотвратила теракт в Уфе
  • 09:45 Губернаторов назовут «главами» и снимут запрет избираться чаще двух раз подряд
  • 09:34 В Германии стали известны предварительные итоги выборов в бундестаг
  • 09:31 СМИ узнали об экстренной госпитализации Ларисы Гузеевой
  • 09:11 Дочь Кирилла Разлогова сообщила о его смерти
  • 08:53 Отставки в Крыму могут затронуть администрации пяти городов
  • 08:28 Грибникам в Приморье пришлось 40 минут сидеть на деревьях из-за тигра
  • 08:19 Детские пособия перестанут перечислять на Visa и Mastercard
  • 07:51 «Известия»: тарифы ЖКХ экономически обоснуют
  • 07:23 ТАСС узнал об отказе властей поддержать отмену пенсионной реформы
  • 06:54 YouTube намерен урегулировать все вопросы, чтобы остаться в России
  • 06:32 В Сан-Марино отменят существующий с 1865 года запрет на аборты
  • 06:00 ЦИК ФРГ: блок уходящей с поста канцлера Меркель проиграл выборы
  • 05:53 Первая леди Бразилии сделала прививку в США
  • 05:01 Рыбаки Нормандии протестуют против сооружения ветряков в море
  • 03:29 Продажи жевательной резинки во Франции резко упали
  • 02:31 На британских заправках заканчивается топливо
  • 02:01 Интерпол выявил 1200 нарушений при обороте лекарств в России в 2021 году
  • 01:18 Глава Туркменистана: за два года в стране не было зарегистрировано ни одного случая COVID-19
  • 00:19 Лашет намерен вести переговоры о создании нового правительства ФРГ в качестве лидера ХДС
  • вчера, 23:45 Минск обвинил ЕС в попытках забросить террористов в Белоруссию
  • вчера, 23:14 В Ереване устроили факельное шествие в годовщину конфликта в Карабахе
  • вчера, 22:39 Россия во второй раз подряд выиграла EuroSkills
  • вчера, 22:11 Источник РИА Новости назвал Кузнецову вероятным новым замом Володина
  • вчера, 21:38 Украинские телеканалы проигнорировали бой Усика и Джошуа
  • вчера, 21:06 Спасателям удалось спустить с Эльбруса тела погибших альпинистов
  • вчера, 20:34 СКР сообщил о задержании полицейского за изнасилование девочки
Статья в тему:  Какое решение должен принять суд по иску крамаренко

Все новости »

За то, чтобы отойти от этой практики, принципиально выступил Верховный суд. Как в российских судах появились клетки и почему идея от них избавиться не нравится судебным приставам?

Фото: depositphotos.com —>

Верховный суд России принципиально поддерживает отмену клеток в залах судов, сообщил журналистам председатель ВС Вячеслав Лебедев. «Правосудие можно осуществлять без клеток», — отметил он.

Ранее премьер Дмитрий Медведев поручил Минюсту, МВД и Минфину проработать вопрос о запрете на использование в залах судебных заседаний защитных кабин для подозреваемых.

Осенью прошлого года группа парламентариев внесла соответствующий законопроект в Госдуму, но профильный комитет нижней палаты отложил инициативу, попросив доработать некоторые положения, в частности, прояснить вопросы безопасности как подозреваемого, так и участников процесса.

Первое решение по поводу клеток в российских судах Европейский суд по правам человека вынес в декабре 2012 года по делу «Свинаренко и Сляднев против России». ЕСПЧ счел, что Россия нарушает 3-ю статью Конвенции по правам человека, запрещающую унизительное обращение с людьми. Представитель России парировал, что «помещение в клетку применяется исключительно из соображений безопасности участников процесса и в первую очередь самих подсудимых от мести».

Затем были и другие дела, по каждому из которых Европейский суд присуждал значительные компенсации. Но практика продолжается и поныне, говорит адвокат бюро «Мусаев и партнеры» Надежда Ермолаева.

Надежда Ермолаева адвокат бюро «Мусаев и партнеры» «Держат [в клетках] обвиняемых по всем миллионам дел, которые рассматриваются. Есть довольно сформировавшаяся европейская практика, что в цивилизованном обществе недопустимо держать людей в клетке в суде, поскольку до того момента, как судом принято решение и оно вступило в законную силу, этот человек является невиновным, таким же точно гражданином, как и все остальные. Второй момент: если мы говорим о суде присяжных, в отношении человека, который содержится в клетке, заведомо возникает предубеждение, о том, что этот человек виновен. Его же не могут просто так держать в клетке, думает простой обыватель».

В России клетки появились в начале 1990-х годов. При этом ни в Италии, ни в остальной Европе, странах Америки, в половине африканских государств и даже Китае подсудимые, если они находятся под конвоем, сидят и стоят за самым обычным столом, стойкой или кафедрой. Но понятно, почему такой вариант не нравится приставам, говорит адвокат Алхас Абгаджава.

Алхас Абгаджава адвокат «У приставов копеечная зарплата и совершенно бесполезная работа — охранять дверь в суд и следить за порядком, чтобы, не дай бог, никто не щелкнул фотоаппаратом. Во-первых, приставов эта клетка вообще мало касается, потому что за конвоирование отвечает конвой, который к приставам не имеет никакого отношения. А тут получается: не будет клеток, и тут же у них будет куча инструкций о том, чтобы они внимательнее за этим следили, и какая-то ответственность. При копеечной зарплате кому охота делать лишнюю работу?»

Статья в тему:  Як стягнути судові витрати з відповідача

Предложение убрать ограждения в суде — это шок для службы, заявил главный пристав Москвы Сергей Замородских. А в РИА Новости уже появилась история, словно повторяющая давние аргументы, произнесенные в ЕСПЧ, о том, как некий аферист в Басманном суде сам попросился в клетку, опасаясь, что его растерзают «разгневанные бабушки и дедушки».

«Когда ты в клетке, на тебя смотрят, как на зверя» В российских судах за решеткой сидят даже невиновные. Почему это плохо для всех

Из российских судов могут навсегда исчезнуть клетки и «аквариумы». О поддержке соответствующего законопроекта заявляли в СПЧ, Генпрокуратуре и правительстве, гуманистический потенциал такого решения отмечал премьер-министр Дмитрий Медведев. Эксперты рассказали «Ленте.ру», что чувствуют еще не осужденные люди в клетках, как они мешают справедливости и почему стеклянные боксы — еще хуже, чем решетки.

«В таких условиях человек — узник»

Клетки и «аквариумы» существенно ограничивают возможность общения. Особенно «аквариумы»! В них даже дышать сложнее, потому что они не оснащены вентиляцией. А через эти узкие отверстия в стекле невозможно разговаривать. Приходится нагибаться и буквально дышать в эти крошечные дырки. В клетках, по крайней мере, легче общаться.

Но оба эти подхода нарушают презумпцию невиновности. В клетках и «аквариумах» человек, который еще не признан судом виновным, уже находится в таком положении, как будто он виноват. И те люди, которые приходят на судебные заседания и которых допрашивают в качестве свидетелей, например, уже настроены так, будто перед ними преступник. И это до того, как суд вынес приговор. В судебной практике ЕСПЧ (Европейский суд по правам человека — прим. «Ленты.ру») были такие решения, когда помещение человека в клетку на судебном заседании объявлялось нарушением именно презумпции невиновности.

Люди, которые приходят в зал суда и видят человека в клетке, в той или иной мере испытывают психологическое давление. Понятно, что в зале суда нервничают все, кроме судьи. А те, кто приходят поддержать, даже не могут этого сделать. Все с самого начала суда говорит о том, что человек унижен и оскорблен. Человек в клетке чувствует себя беззащитным. Это затрудняет доступ к правосудию тому, кого формально еще не осудили.

Не должен человек на этапе суда сидеть в клетке. Он — полноценный участник процесса, поэтому имеет право сидеть за столом со своим адвокатом, принимать участие в заседании и высказывать свои мысли и возражения. Находящийся в таких условиях человек — узник. Такое «обвинительное правосудие» не справляется со своей задачей. Оно вообще ни с чем не справляется.

Для меня этот вопрос всегда был острым. Помню, как сложно мне было что-либо обсуждать через эту дырку в стекле с моим подзащитным Антоном Лебедевым (военный финансист, осужденный за оформление поддельных свидетельств о браке на сослуживцев, — прим. «Ленты.ру»). Во время заседания мы почти не общались, и все наши разговоры откладывали до встречи в СИЗО. Это оказалось единственным местом, где подсудимый может пообщаться с адвокатом.

Статья в тему:  Как вернуть товар продавцу по решению суда

Судью люди в «аквариумах», наверное, слышат, но вот если адвокату нужно поговорить с подзащитным, то это унизительно для обоих. Ведь к человеку предлагается обращаться даже не через стекло, а через эту маленькую дырочку, которая делается якобы для общения.

Но общение с адвокатом должно быть конфиденциальным! Не при конвое и не через стекло, а наедине. Когда твой подзащитный за стеклом, а рядом стоит сотрудник охраны и все слышит — это не конфиденциальность. Пока человек не был признан судом виновным, он должен иметь те же права, что и все остальные, в частности, — сидеть рядом с адвокатом, смотреть в компьютер, советоваться. У любого подсудимого должны сохраняться разумные права на совершение правосудия.

Фото: Илья Питалев / РИА Новости

Когда человек обвиняется, например, в экономическом преступлении, то нет никакой необходимости его содержать в таких условиях. Ведь он не убийца, не разбойник и не насильник. Рассматривать вариант посадки человека в клетку можно только в том случае, если он представляет опасность для окружающих. Но даже тогда стоит задуматься, есть ли в этом смысл, потому что за подсудимым следит конвой, а на окнах стоят решетки. Так что я считаю, что необходимости в этих клетках нет в любом случае.

Нет ее и в видеосвязи. Это тоже неправильный вариант коммуникации с подсудимым, потому что он так не может ни документы передать, ни со своим адвокатом один на один поговорить. Когда связь происходит по видео и подсудимому приходится выступать с экрана, ни о какой конфиденциальности не может быть и речи.

Мосгорсуд решил отказаться от решеток в пользу «аквариума», потому что считает эту практику более гуманной. Хотя это не меняет сути: какая разница, в клетке человек или за стеклом? А когда видеоконференция проходит… Во-первых, там ужасный звук, и в зале суда не всегда можно расслышать, что подсудимый пытается сказать из своего СИЗО. Во-вторых, конечно, он даже ходатайство не может подать, потому что оно нужно в письменной форме.

Конечно, в разных странах по-разному. Клетки и «аквариумы» есть далеко не в каждой европейской стране. Но в России более жесткие условия: человека в зал суда уже заводят в наручниках. Обвинение приходит без наручников и высказывает свои доводы, а обвиняемый сидит за решетной. Абсолютно нет равноправия сторон.

«Приехал, как безропотное существо, послушал, как тебя осудили, и уехал в СИЗО»

Петр Курьянов, эксперт движения «За права человека» и фонда «В защиту прав заключенных»:

Я лично был в таких клетках и «аквариумах». Я еще помню те залы суда, когда были просто деревянные трибуны, как на древних фотографиях. Туда заводили в наручниках, расстегивали их и оставляли стоять, как белого человека. Это было еще в СССР и какое-то время сохранялось. Потом появились клетки…

Статья в тему:  Что значит не подано на сайте суда

Когда ты в клетке, на тебя смотрят, как на зверя.

Клетки и «аквариумы» не просто неудобны для адвокатов и подсудимых. Они мешают подсудимому, когда он пользуется активной защитой. Бывают такие случаи, когда люди приезжают в суд с целым пакетом документов, которые должны быть под рукой на протяжении всего заседания. Но в клетках и «аквариумах» нет даже письменных столов, так что возможности разложить все необходимые для защиты бумаги просто нет. Все предусмотрено для того, чтобы ты приехал, как безропотное существо, послушал, как тебя осудили, и уехал в СИЗО.

Фото: Юрий Смитюк / ТАСС

Я, например, знал, что мне придется активно защищаться, когда меня судили в Саратовской области. Помню, пришлось подавать ходатайство и делать заявление о том, что продолжать процесс в таких условиях просто невозможно. В клетках нет никаких условий! И мне удалось добиться переноса заседания в зал с «аквариумом» — там по крайней мере была маленькая выдвижная полочка, на которую можно облокотиться и писать. Знаете, какие раскладные столики делают в купе? Нечто подобное было у меня в «аквариуме». А в клетке приходилось садиться на корточки и класть листок на низкую скамейку, предназначенную для сидения.

Есть люди, которые понимают, что их судят незаконно, по сфабрикованному делу, и они планируют защищать свои интересы, делать заявления, подавать ходатайства, писать. Не все готовы 15-20 минут постоять в клетке, выслушать свой приговор и уйти на срок.

То, что происходит в настоящий момент, — неправильно. И ни конца, ни края этому не видно. И когда подсудимые начнут сидеть рядом со своими защитниками за столом, как нормальные люди, — неизвестно. Конечно, это был бы идеальный вариант решения проблемы.

Но у нас люди считают так: «Если посадили в тюрьму, значит, есть за что, просто так не сажают; обвиняется в тяжком — значит, выпрыгнет из-за стола и приставит лезвие к горлу». Это образ мышления, внедряемый с детства по зомбоящику. И это сидит в головах у тех людей, от которых зависит принятие нормативных актов, в том числе — касательно оборудования залов суда. У них нет никакой логики. Только навязанные им стереотипы.

Все преступления делятся по тяжести: тяжкие, особо тяжкие, средней тяжести и небольшой тяжести. Тяжкие экономические преступления тоже бывают, и, соответственно, обвиняемые по таким делам будут сидеть в клетках и «аквариумах». Если обвиняемые в преступлениях небольшой тяжести еще имеют шанс посидеть за столом рядом с адвокатом, то остальные окажутся за решеткой еще в зале суда.

Там отвратительно слышно! Постоянно приходится сидеть у крошечного отверстия в стекле размером с кулак и вслушиваться в то, что говорит судья. А микрофон они включают в очень редких случаях. Из-за этого человек в «аквариуме» не выходит из состояния напряжения все время. Так ведь еще и душно, особенно летом. Хорошо, если в зале работает кондиционер — тогда хотя бы есть чем дышать. Но если в этом «аквариуме» на одной лавочке сидят пять человек, то они не могут ни высказываться, ни смотреть в бумаги, ни даже дышать нормально.

Ходатайство следствия в Московском городском суде о продлении срока ареста бывшему члену Совета Федерации России от Карачаево-Черкесии Вячеславу Дереву по делу о хищении бюджетных средств

Статья в тему:  Как организована работа суда субъекта федерации

Фото: Петр Кассин / «Коммерсантъ»

Где нормальные залы суда — не знаю. В регионах нет бюджета и нет нормальных условий. В некоторых судах туалет вообще на улице. Деревянный. О каких единых стандартах по стране вообще может идти речь? Микрофоны? Далеко не на каждом судебном заседании они вообще есть! Камеры? Ну, допустим, они везде напичканы, но далеко не везде работают. Если эти достижения техники и есть в регионах, то они там только для «списания денег», а не для получения какого-то результата.

Человек, находящийся в клетке или в «аквариуме», чувствует себя ущербным. Решение отменить их, конечно, будет гуманным, но запоздалым. В ЕСПЧ его приняли уже давно. И Россия должна подгонять свое законодательство под их решения, чтобы не выглядеть средневековой страной, гордящейся только летающими ракетами и танками. Нужно идти в ногу со временем. Но этот законопроект — не новаторская идея. Не надо его так позиционировать.

Мы давно требуем выпустить нас из клеток и «аквариумов». Но эти люди глухи. Наши политики не знают, как живет простой народ. Они оторваны, будто какие-то небожители, и с высоты своего пьедестала кричат, что общество якобы не готово. Да откуда они могут знать? Они слишком высоко и слишком далеко, чтобы судить об этом.

«Все направлено на то, чтобы осудить, а не думать о его правах»

Последнее мое дело связано с сенатором Арашуковым. У нас было продление срока содержания под стражей в Басманном районном суде. Там как раз установлен этот «аквариум». Он состоит из практически сплошного стекла, на котором в двух местах есть небольшие дырочки, размером как в терке. Адвокату приходится прикладывать ухо, и человек в него что-то шепчет. Сам же «аквариум» практически герметичный, и в нем есть только две небольшие полоски по бокам, куда может проходить свежий воздух. Летом, когда жара, люди там практически задыхаются.

Сначала говорили — нельзя, чтобы люди содержались в клетках. Якобы клетки создают такой отталкивающий вид, как будто невиновный человек уже признан преступником. Но «аквариумы» только с виду — цивилизованная мера. На самом деле, как ни поворачивайся, а клетка есть клетка. Еще не признанный виновным человек не должен находиться ни в клетках, ни в «аквариумах». И то, и другое унижает человеческое достоинство.

Более того, «аквариумы», во-первых, мешают адвокату общаться с подзащитным. Во-вторых, они летом становятся просто пыточным местом, потому что там невозможно находиться из-за духоты. И решетка вместо потолка тут не спасает.

С точки зрения судьи, как мне кажется, неважно, где содержится человек — в «аквариуме» или в клетке. Обвинительный уклон российского правосудия не прибавляет и не убавляет объективности судьи. Вопрос отношения судьи к подсудимому в другом.
Видеосвязь не всегда в очень хорошем качестве. Часто люди, которые находятся в СИЗО и выходят на видеосвязь, не слышат и половины из того, что происходит в зале суда. Не говоря уж о том, что они не видят ничего.

Источники:

http://rg.ru/2020/11/16/miniust-soobshchil-o-postepennom-demontazhe-kletok-v-sudebnyh-zalah.html

http://pravo.ru/news/227490/

http://zona.media/article/2018/11/14/kletka

http://www.bfm.ru/news/417215

http://m.lenta.ru/articles/2019/04/12/kltk/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector