0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Когда суды

Содержание

Сентябрьская сессия ВККС: важные судейские истории

Назначения: судья ВС, председатели и зампреды

Осеннее заседание Высшей квалификационной коллегии судей началось с разрешения вопросов о том, кто будет руководить арбитражными судами и судами общей юрисдикции. Большинство получивших рекомендацию кандидатов идут на второй срок полномочий. Это, например, Галина Черкасова, которая с одобрения ВККС еще шесть лет будет зампредом Санкт-Петербургского городского суда. Наталья Окулова и Галина Карпова также получат переназначение: на должность зампредов Арбитражного суда Московского округа (подробнее — в материале «ВККС выбрала руководителей СОЮ и арбитражных судов»).

Арбитражный суд Московской области возглавит Инна Воробьева. Она с 2009 года председательствует в 10-м ААС. В мае очередной срок ее полномочий заканчивается, а переизбраться на руководящую должность в третий раз нельзя. Поэтому ей пришлось выбрать другой суд. Подмосковный арбитражный суд работает без председателя с 2019 года: именно тогда из него ушел нынешний председатель АС Московского округа Вячеслав Кресс.

Еще одна важная рекомендация — на должность судьи коллегии Верховного суда по административным делам. Этот пост получит Сергей Бузмаков, который всего за два года прошел путь от Пермского краевого суда до ВС. Промежуточным звеном стал московский Первый апелляционный суд общей юрисдикции, куда Бузмаков перешел в 2019 году.

Отставки: Мосгорсуд и московская апелляция

21 сентября Высшая квалификационная коллегия удовлетворила заявление зампреда Мосгорсуда Натальи Афанасьевой об отставке. Судья работала в столичном суде с 2008 года, а в 2015-м стала председателем судебной коллегии по уголовным делам. Еще летом Афанасьева не планировала уходить в отставку: она получила назначение на должность зампреда только 11 июня 2021 года. Сама судья не пришла на заседание, поэтому не объяснила ВККС мотивов своего решения.

Покидает свой пост и председатель Первого апелляционного СОЮ Юрий Рябцов. Он начал работать в столичной апелляции еще до ее официального открытия 1 октября 2019 года: собирал кадровый состав суда и готовил его к «запуску», получив назначение в 2018 году. «Это решение взрослого уважаемого человека, нужно поддерживать», — отметили в ВККС.

Уголовные дела: судья АСГМ и провокация ФСБ

В «уголовной» повестке ВККС были истории о тяжелых ДТП, пакетах с наличкой, ежемесячных взятках. Не обошлось и без привычных для судей заявлений о провокациях ФСБ.

Подмосковную мировую судью Ирину Бородину обвиняют в крупном мошенничестве. Следователи считают, что она за 15 млн руб. согласилась помочь с условным сроком по уголовному делу. Приговор должны были выносить в городском суде, но Бородина якобы согласилась передать деньги своей знакомой судье. Ее знакомого задержали при получении пакета с муляжами на 15 млн руб. СКР считает, что он должен был передать эти деньги судье. Бородина, напротив, настаивала, что никаких денег брать не собиралась, это был возврат долга, а все судейское сообщество подмосковного Видного стало «жертвой провокации». ВККС поверила следователям и позволила им расследовать дело. Судье грозит до семи с половиной лет колонии.

Статья в тему:  Как обжаловать постановление судебного пристава в суде

В тот же день Высшая квалифколлегия выдала следствию судью Шатурского городского суда Московской области Юлию Давыдову. Она назначила подсудимому наказание меньше допустимого по «наркотической» 228-й статье УК. Когда прокурор обжаловал приговор, судья поспешила исправить свою ошибку и в уже готовом документе исправила «2» на «4». Теперь она сама станет фигурантом уголовного дела: ей вменяют служебный подлог и злоупотребление должностными полномочиями.

Подробные истории судей, для которых СКР добился уголовного дела в первый день заседания, — в материале «Судья-убийца» и провокация взятки в 15 миллионов: ВККС выдала судей следователям».

Еще несколько «уголовок» добавилось в последний день заседания. Прокурор из Томской области Виталий Бажилин договорился с местным предпринимателем, что будет «покровительствовать» ему. За сотрудничество он попросил каждый месяц переводить ему на карту 28 000 руб. А потом Бажилин стал судьей, но старые связи сохранил и от денег в новой должности отказываться не стал. Коммерсант продолжал платить, а судья — помогать с решением «проблем». Теперь проблемы возникли у самого Бажилина: ВККС разрешила СКР расследовать дело. Судье со стажем всего в один год грозит многолетнее заключение (подробности — «Судьи под следствием: после смерти и за ежемесячные взятки на карту»).

Судейские жалобы: особое мнение судьи 10-го ААС и судья, чьей коллегой быть «стыдно»

Другие судьи тем временем обжаловали дисциплинарные взыскания.

В мае 2021-го «тройка» судей 10-го ААС во главе с Мариной Игнахиной рассмотрела апелляционную жалобу по делу № А41-71585/2020 и удовлетворила ее. Но председательствующая судья, как вскоре выяснилось, не была согласна с таким решением. В тот же день Игнахина «по горячим следам» написала особое мнение, в котором раскритиковала позицию своего состава. Написала она его в электронном виде, и что-то пошло не так: спустя несколько дней документ попал в публичный доступ, и он до сих пор доступен всем желающим в карточке дела.

Игнахина на заседании ВККС объяснила публикацию документа технической ошибкой, а председатель суда Инна Воробьева обвинила свою подчиненную в перекладывании ответственности и призвала судью «отвечать за допущенную ошибку». Игнахина в итоге получила от Высшей квалифколлегии предупреждение (см. «День жалоб в ВККС: особое мнение в картотеке и судья-юрисконсульт»).

А судья Юлия Сафина из Басманного районного суда Москвы отбивалась в ВККС от претензий столичной квалифколлегии, главы московского Совета судей и председателя своего же суда. Сафину обвинили в волоките, пропуске процессуальных сроков и небрежном отношении к работе. В заседании прозвучало много ярких фраз. Председатель Басманного райсуда Ирина Вырышева высказала сожаление, что начала проверять работу своей подчиненной только в конце 2020-го. Член ККС Москвы Лариса Крутовская заявила, что Сафина дискредитирует всех столичных судей и что ей «стыдно» быть коллегой Сафиной.

ВККС признала, что нарушения в работе судьи были. Но наказывать ее лишением мантии нельзя: этого не позволяет делать Закон о статусе судей. Поэтому самое строгое дисциплинарное наказание заменили предупреждением. Сафина на работу не вернется, потому что подала в добровольную отставку, но ей удалось сохранить льготы, положенные бывшим судьям.

Статья в тему:  Можно ли вернуть задаток за квартиру через суд

Новые кассационные суды отменяют решения нижестоящих втрое чаще старых

В течение первых двух месяцев с момента введения так называемой сплошной кассации во вновь созданные кассационные суды поступило 28 000 жалоб по гражданским делам, они рассмотрели 4700 жалоб и удовлетворили 734, т. е. 16% от их общего количества, сообщил во вторник председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев на заседании Совета судей в Москве. Для сравнения: в первом полугодии 2019 г. президиумы региональных судов рассмотрели 66 500 жалоб и удовлетворили 3000, т. е. всего 5%. По административным делам из 653 рассмотренных жалоб удовлетворены 128 (20%), в то время как в региональных судах этот показатель был на уровне 4%. «Сейчас еще рано делать выводы, но статистика свидетельствует о правильности введения института сплошной кассации», – подытожил председатель Верховного суда. Данные о пересмотре в кассации решений по уголовным делам пока отсутствуют: по новым правилам рассматривают такие решения, вынесенные после 1 октября, их пока несколько десятков.

Кирилл Титаев из Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге называет эти цифры «обнадеживающими». Проблема заключалась в том, что работа судов оценивается по количеству отмененных решений, а поскольку рассматривавшие кассационные жалобы судьи работали в том же суде, что и вынесшие оспариваемые решения, они были слабо мотивированы к отмене решений своих коллег. Теперь это противоречие снято и, судя по первым данным, не произошло сокращения количества обращений, которого можно было опасаться из-за усложнившейся логистики, рассуждает эксперт. Важно еще понять, насколько частым окажется «фильтр», установленный новыми судами для принятия жалоб к рассмотрению. Ведь кассация проверяет вопросы нарушения права, а не факта, ранее это позволяло судьям отсеивать львиную долю обращений. В любом случае, добавляет Титаев, были все основания ждать улучшений по результатам такого нововведения. Другое дело, что в области гражданского и административного судопроизводства граждане всегда могли рассчитывать на более-менее качественное судебное решение. Основные проблемы судебной системы – в уголовной сфере, отмечает он.

Адвокат Юлий Тай говорит, что примерно таких цифр и ожидал: кассационным судам надо доказать свою эффективность, а кроме того, там нет еще той монолитной сплоченности, которая сложилась в региональных судах. Когда вводились апелляционные арбитражные суды, количество отмен доходило до 30%, напоминает он. Потом, конечно, этот показатель снизился, но никогда не опускался до того уровня, который показывали суды общей юрисдикции. «Дело не в том, чтобы ориентироваться на какую-то определенную цифру, просто я и мои коллеги не верим в идеальное правосудие, – объясняет Тай. – И когда суды возвращали 99% жалоб, это была прежде всего демонстрация неэффективности системы». Он отмечает, что по количеству отмен сейчас лидирует первый кассационный суд в Саратове, где самый смешанный состав судей – среди них есть и ученые, и пришедшие из арбитража. Минимальное количество отмен демонстрирует Седьмой кассационный суд в Челябинске, куда массово перешли судьи местного облсуда.-

Когда суды-тройки НКВД могли выносить оправдательный приговор

Те, кто интересуется советской историей, знают, что на всем ее протяжении случались разные периоды. Большинство вызывают патриотическую гордость. Однако есть и такие, которые навсегда хотелось бы вычеркнуть не только из памяти, но и убрать их вообще, повернув в другую сторону колесо этой самой истории.

Одним из подобных является временной отрезок длинной в немногим более года – период существования печально известных “судов-троек” НКВД.

Статья в тему:  Срок который устанавливается судом

История появления “судов-троек” НКВД

В конце июля 1937 года тогдашний нарком внутренних дел Союза ССР Николай Ежов подписал оперативный указ № 00447, который стал косвенным смертным приговором для тысяч ни в чем не виновных граждан молодой страны Советов. Согласно этому документу на местах предусматривалось создание региональных “троек” НКВД – органа для внесудебного рассмотрения дел. Как и было свойственно тому временному отрезку советской истории, указ начали исполнять немедленно и с особой рьяностью. Первые “расстрельные” приговоры “суды-тройки” вынесли уже в начале августа 1937 года.

Молотов, Сталин и Ежов. 1937 год / Фото: tvalsazrisi.ge

Главной задачей, поставленной руководством НКВД перед тройками было ускорение всего судебного процесса – от выдвижения подозрения до оглашения приговора. Причем данные суды были наделены правом либо отправлять людей в тюрьмы и лагеря на срок 8-10 лет, либо выносить смертные приговоры. В постановлении о создании “внесудебных инстанций” НКВД, подписанном Ежовым 30 июля 1937 года, также оговаривался состав “троек”.

В эту “коллегию” в обязательном порядке должны были входить: руководитель управления НКВД СССР в субъекте (республике, крае, области), секретарь областного комитета ВКП(б), а также местный прокурор. Присутствие секретаря обкома и работника прокуратуры по задумке авторов создания “троек” обязано было гарантировать, что все приговоры, выносимые этим внесудебным органом правосудия, будут справедливыми и беспристрастными. И вот именно в этом плане в результате что-то пошло не так.

Быстрое разбирательство и короткий приговор

Согласно приказу Ежова, в стране с начала августа месяца 1937 года началась операция по репрессированию уголовников, кулаков и “прочих антисоветских элементов”. Однако, если внимательно разобраться в самом документе, то можно понять, что данный указ с самого начала не мог быть стимулом оперативных, но в то же время справедливых судебных разбирательств. Ведь в нем уже были прописаны “квоты”: сколько людей в том или ином субъекте Союза должны быть репрессированы и отправлены в лагеря или тюрьмы, а сколько “врагов народа” следует расстрелять.

Советский плакат 1937 года / Фото: reddit.com

Весь процесс рассмотрения дел “судами-тройками” НКВД с первых дней их существования был по-настоящему “поставлен на поток”. И производительность этих несудебных инстанций была просто поразительной: ежедневно тройками выносились в среднем 100-120 обвинительных приговоров.

Были среди “ежовских троек” и свои абсолютные “рекордсмены”. Так, в начале 1938 года в Западно-Сибирском крае за одну только ночь местная “тройка”, которая заседала в Новосибирске, вынесла 1 тысячу 221 обвинительный приговор. При этом, если верить рассекреченным архивным документам, большинство из этих приговоров были “расстрельными”.

Суд да дело

Как отмечают историки, на самом пике своей деятельности “суды-тройки” действовали по очень хорошо отлаженной схеме. Сначала на будущего обвиняемого собиралась так называемая “повестка”. Представляла она собой что-то на подобии альбома с ФИО и биографией подозреваемого, в который помещались фотографии данного гражданина и, собственно, “материалы дела”. В большинстве своем это были доносы – чаще всего непроверенные и абсолютно ничем не подтвержденные.

«Тройка» НКВД / Фото: twitter.com

Именно этот альбом и выносился на рассмотрение “судом-тройкой НКВД”. Сама же эта процедура была упрощена до максимума. На процессе не было ни обвиняемого, ни его адвоката. Все делалось быстро и просто. В самом начале секретарь зачитывал уже готовое обвинительное заключение. При этом довольно часто из-за “нехватки времени” или “большого объема дел, не терпящих отлагательства”, само обвинение даже не зачитывалось. Далее “тройка” приступала к обсуждению степени виновности обвиняемого (который признавался виновным практически в 99% случаев). После этого “несудебные заседатели” определяли степень наказания, которое обязан понести виновный.

Статья в тему:  Закони що регулюють діяльність суду

На этом этапе из-за того, что список приговоров не был разнообразным, “тройка” также долго не останавливалась – осужденный мог пойти (если повезет) или по “второй категории” – трудовой лагерь или тюрьма, или же по первой – расстрел. Приговоры приводились в исполнение в тот же день. Естественно, никакому обжалованию они не подлежали.

Расстрел был одним из наиболее распространенных приговоров для «антисоветских элементов» / Фото: wsws.org

Всё разбирательство по каждому делу длилось в среднем 5-10 минут. При этом, исходя из положения указа, расстрельные приговоры обязаны были приводится в исполнение с полной сохранностью в строжайшей тайне “как времени, так и места их приведения”. Таким образом, тысячи людей просто исчезли без следа. Тем родным, которые пытались выяснить хоть какую-либо информацию и оббивали пороги милиции, отвечали коротко и предельно просто: “в тюремных списках не значится”.

Когда “суды-тройки” НКВД оправдывали обвиняемых

И все же не всех, кто прошел в свое время роль обвиняемого на “судах-тройках” НКВД, репрессировали или расстреляли. Были случаи, когда фигурантов дел полностью оправдывали. Однако это не означало, что члены “троек” усердно изучали дело, или же находили в процессе разбирательства подлинных виновников того или иного преступления. На самом деле спастись от репрессии или расстрела обвиняемый мог всего лишь в двух случаях – из-за бюрократических ошибок или спешки в “стряпанье” дела.

Советский суд оглашает приговор / Фото: rbth.com

Иногда в “повестках” отдельная информация или личные данные обвиняемых были откровенно недостоверными. Закрывать глаза на такие “ляпы” некоторые особо дотошные секретари или прокуроры просто не могли. В таких случаях довольно часто сомнительные дела “тройки” перенаправляли в обыкновенные суды. А получить в данных судебных инстанциях оправдательный приговор (особенно если дело было откровенно “шито белыми нитками”) у обвиняемого были весьма хорошие шансы.

В отдельных случаях сами “тройки” оправдывали подозреваемых. Однако это случалось очень и очень редко. По данным одной из рассекреченных справок I специального отдела НКВД, в период с 1 октября 1937-го по 1 ноября 1938 годов в СССР в порядке исполнения “ежовского приказа” № 00447 было арестовано 702 тысячи 656 человек. Из всех приговоров, вынесенных этим гражданам, около 0,03% были оправдательными. Это означает, что на каждые 10 тысяч осужденных всего 3 человека могли рассчитывать на снисхождение “фемиды НКВД”.

Конец внесудебному произволу

К счастью для граждан СССР “внесудебная система” в стране существовала недолгое время. Уже в январе 1938 года на стол Сталина начали ложиться первые докладные о том, что идея Ежова об оперативном выявлении, суде и ликвидации “антисоветских элементов” потерпела фиаско и привела к массовому бесчинству. По инициативе вождя начались масштабные проверки во всех субъектах Союза, которые и выявили страшные подробности деятельности “троек”.

Сталин был инициатором проверок деятельности «троек» НКВД / Фото: researchgate.net

С апреля 1938 года следствием государственных проверок стали начавшиеся аресты сначала рядовых сотрудников НКВД, а позже и руководящего состава Наркомата внутренних дел. Дошла “репрессивная машина” и до одного из своих идеологов – Николая Ежова. Уже в конце ноября 1938 года главой НКВД был назначен Лаврентий Берия. Именно он своим указом окончательно ликвидировал печально известные “суды-тройки”.

Примечательно, что через 15 лет, в ноябре 1953 года, сам Берия был осужден и приговорен к расстрелу на подобном “тройкам” тайном судебном заседании. С разницей лишь в том, что он сам присутствовал на слушаниях по своему делу. Да и приговор ему огласили не через 5 минут после начала суда, а через 5 дней. Хотя, как и в случае с “судами-тройками”, обжаловать его Лаврентий Павлович тоже не смог.

Статья в тему:  Водосток никонов когда суд

Суды в России задохнулись от чрезмерной нагрузки

Как нам обустроить Фемиду

Во все времена застой судопроизводства приводил к трагедиям, по итогу которых осуществлялись судопроизводственные и судоустройственные реформы. Много неразрешенных вопросов есть сегодня в судебной системе. Думаю, что о них следует говорить открыто. Полагаю, что мои размышления по изложенным проблемам могут помочь, ведь мой судейский стаж более 38 лет (из них 15 лет председателем, 17 лет в качестве федерального судьи).

Фото: Алексей Меринов

В 1982 году, в начале своей трудовой деятельности, я знала, что штат суда формировался исходя из численности населения, проживающего на соответствующей территории. Учитывали количество и категории дел, рассматриваемых конкретным судом. Однако тогда экономическая ситуация была очень стабильна, так же стабилен был средний уровень нагрузки в судах. Но как только страна стала жить в динамике разнообразных общественных отношений, некоторые суды стали просто задыхаться от количества поступающих дел (в их числе оказался и наш Тахтамукайский районный суд, что объясняется географическим расположением района, который отделен от города Краснодара рекой Кубань и находится на пути к Черноморскому побережью России).

Понятие судебной нагрузки десятилетиями обсуждается, а воз и ныне там, хотя очевидно, что именно это является условием качества работы судьи и, как следствие, влияет на авторитет государства в лице судебной власти.

Считаю излишним говорить о том, что, прежде чем рассмотреть дело, судья должен изучить его, посмотреть законодательство, действовавшее как на момент возникновения спора, так и на момент рассмотрения дела, изучить практику Верховного Суда РФ, выполнить много процессуальных действий по каждому делу, итогом которого должно стать правовое решение.

Вот пример: во время гражданского спора между соседями по границе изгороди, установленной 15–20 лет назад, судья может не уложиться в запланированное время (ведь заранее невозможно представить, какой объем доказательств, в том числе показаний свидетелей, представят стороны). Тем временем за дверью зала заседания люди, ожидающие последующих 10–15 процессов! А назавтра столько же дел! Когда же писать мотивированное решение? Когда судье изучать судебную практику вышестоящих судов? В конце концов, можно ли судье просто жить нормальной жизнью, поскольку он биологически не отличается от людей, чьи дела рассматривает?

Может, настало время в судах общей юрисдикции изучить практику обжалуемых решений и позволить судьям выносить только резолютивные части решений по основному количеству дел?

Не стоит ли упростить и судебные процедуры? Вот меня очень интересует вопрос: кто-нибудь из разработчиков процессуального Закона пытался 10–15 раз в день, это минимум, вслух разъяснять права участникам процесса?

Судебная нагрузка иногда формируется и за счет таких дел, которые спором в принципе назвать невозможно. А ведь в отсутствие спора судебного процесса быть не должно. Зачем такие дела поступают в суды?

Может, настало время заставить контролирующие органы добросовестно исполнять свои обязанности, а судам вернуться к рассмотрению споров как таковых?

А как иначе, если основная масса «налоговых дел» в судах в основном возникает из-за несвоевременной передачи и фиксации административными органами фактов изменения собственников имущества? Например, споры, когда лицо продало имущество несколько лет назад, в установленном законом порядке, а налоговый орган продолжает начислять налоги.

Статья в тему:  Почему суда это недвижимость

Говоря о налоговых «спорах», хотелось бы, чтобы побыстрее запустили так называемый «искусственный интеллект» для подготовки судебных приказов по взысканию налогов с граждан, чтобы уменьшить физическую нагрузку на аппарат мировых судей. Или же решить этот вопрос иным способом — присвоить статус «исполнительного документа» не оспоренному в определенный срок требованию налогового органа о взыскании недоимки по налоговым платежам. Представьте себе — налоговый орган дважды делает одну и ту же работу: направляет за государственный счет требование гражданину, затем это же требование к тому же гражданину через суд, обличив его в форму искового заявления. Потом уже суд тратит государственные средства на почтовое отправление того же требования гражданину. Почтовые расходы государства порой обойдутся дороже взысканного налога. Не слишком ли мы расточительны, установив такой порядок?

А еще считаю абсолютно неоправданной сложившуюся практику работы органов муниципальных образований. Не желая принимать собственных решений, которые они обязаны принимать по долгу своей службы, они вынуждают граждан идти в суды в целях заручиться решением. Понятий «дачная амнистия», «гаражная амнистия», «уведомительный характер получения разрешения для строительства индивидуального жилого дома на земельном участке, предназначенном для этих целей» для руководителей муниципальных образований в Тахтамукайском районе не существует.

Восемь юристов активно представляют интересы этих органов в судах, активно «борются с населением», вместо того, чтобы выполнять свои прямые функции — этому населению помогать. Итог: судебная власть перегружена делами, в которых отсутствует реальный судебный спор.

Особо острой субъективной причиной повышенной нагрузки, наряду с нерациональным распределением штатной численности между судами, является проблема формирования судейских кадров. Тахтамукайский районный суд Республики Адыгея систематически испытывает кадровое голодание. Судьи на вакантные должности назначаются по нескольку лет, а заместитель председателя суда назначался пять лет — с 2015 по 2020 год (Указ Президента состоялся только в 2020 году!). Это привело к тому, что, например, в 2020 году один судья Тахтамукайского района рассмотрел больше гражданских дел, чем семь судей из других районов Адыгеи, вместе взятых. А ведь кроме этого та же судья рассматривала еще и уголовные дела. Длительность назначения на вакантные должности судей в условиях столь динамично развивающихся общественных отношений не оправданна. Мы видим, что современный подбор судейских кадров никак не улучшил ситуацию с качеством этих кадров и качеством правосудия в целом.

К сожалению, из практики решений ВККС следует, что имеют место случаи, когда в суды приходят случайные люди. Так кто несет ответственность за подбор претендента на судейскую должность, которому в итоге отказано в назначении? Пока за это отвечают лишь те судьи, в чьих судах годами «висят» вакансии, поскольку они «расплачиваются» за это непосильным трудом и своим здоровьем.

Много вопросов и о том, а правильно ли отказано в назначении тем претендентам, кого рекомендовали к назначению? Существовали ли реальные объективные причины для такого отказа?

Одновременно с этим считаю необъяснимой законодательную практику одинакового с «новичками» назначения судей внутри субъекта при переходе из одного района в другой или же из одного субъекта в другой субъект суда такого же уровня. Если судья работает хорошо, к нему нет нареканий со стороны квалификационной коллегии, зачем к нему применять общие правила, как ко впервые назначенному судье? Это уже судья, имеющий квалификационный класс, то есть профессионал, чья пригодность не только проверена при назначении, но и подтверждена по итогам его работы, претензий к кому, получается, нет.

Считаю, что в этой части закон требует доработки для ускорения процесса заполнения судейских вакансий. Лично мне непонятно, почему контролирующие органы начинают видеть огрехи в работе только при желании судьи перевестись в другой суд.

Статья в тему:  Сколько судов общей юрисдикции

Хотелось бы видеть квалификационный экзамен на должность судьи подобием единого государственного экзамена, как в школьных учреждениях, действительного на территории всей Российской Федерации, проводимого на уровне преподавателей Академии правосудия в Москве, подтверждающего уровень компетенции кандидатов, чтобы исключить влияние на этот процесс внутри субъектов Российской Федерации.

И есть у меня три предложения: унифицировать судебные процедуры (включая формализацию подготовительной части судебного заседания и допустимости вынесения резолютивной формы по делам), установить нормативы судебной нагрузки и упростить порядок назначения судей одного уровня в другой суд.

Все за сегодня

Политика

Экономика

Наука

Война и ВПК

Общество

  • Культура
  • История
  • Религия
  • Спорт
  • Россия глазами иностранцев

ИноБлоги

Подкасты

Мультимедиа

  • Фото
  • Инфографика
  • ИноВидео
  • ИноАудио

Общество

Россия: суды выносят обвинительные приговоры в 99% случаев — миф или реальность? (Eurasianet, США)

Доля оправдательных приговоров, вынесенных судами РФ, стремится к нулю. Защитники судебной системы предлагают считать число оправданий с учетом не дошедших до суда и прекращенных в суде дел. При таком подсчете наличие обвинительного уклона ставится под сомнение, а суд представляется более гуманным.

Противники называют такой подход манипуляцией цифрами и утверждают, что обвинительный уклон не только существует, но имеет ясные причины. Судебная власть, по их мнению, встроена в правоохранительную систему и напрямую зависит от нее, поэтому суды выносят решения, выгодные следователям и гособвинителям.

Сколько оправдательных приговоров

По данным Верховного суда, в 2018 году суды рассмотрели уголовные дела в отношении 956,6 тысячи человек, из которых осудили 681,9 тысячи человек, а оправдали всего 2,1 тысячи. Еще 1,7 тысячи освободили от ответственности, прекратив дела в связи с отсутствием состава преступления (когда деяние оказалось не преступным) или события преступления (когда оказалось, что преступного деяния не было), то есть по реабилитирующим основаниям.

Таким образом, общее число обвиняемых, чью невиновность удалось доказать, составляет 0,2% всех подсудимых, а количество освобожденных от ответственности по реабилитирующим основаниям — 0,18%.

Кроме того, около 191,2 тысячи дел прекращено по нереабилитирующим основаниям, т.е. подсудимые избежали тюремного заключения, но получили судимость со всеми вытекающими негативными последствиями.

В дополнение, дела в отношении 13,9 тысячи человек (1,5% подсудимых) вернули прокурорам для устранения нарушений или уточнения обвинений. Иногда такие решения приводят к прекращению дела (что рассматривается как альтернатива оправдательному приговору), но результат может быть и обратным. Как отмечают юристы, зачастую судья возвращает дело прокурору лишь для того, чтобы очистить его от ошибок и обеспечить вынесение обвинительного вердикта.

Согласно рейтингу World Justice Project, Россия занимает 101 место в мире (между Нигером и Доминиканой) по качеству уголовного правосудия.

Наличие обвинительного уклона признают ученые и бывшие судьи, политики и бывшие следователи, бизнесмены и эксперты. Так, член Совета по правам человека, федеральный судья в отставке Сергей Пашин в интервью «Новым известиям» называл российский суд «элементом карательной машины». По его словам, профессиональные судьи оправдывают на порядок меньше подсудимых, чем присяжные, а апелляционные инстанции отменяют оправдательные приговоры в десятки раз чаще, чем обвинительные.

Обвинительный уклон — миф или реальность?

Существование обвинительного уклона неоднократно признавал и президент РФ Владимир Путин. О том, что российские суды отходят от обвинительного уклона, заявил в сентябре 2019 года министр юстиции РФ Александр Коновалов. Официальная статистика, впрочем, не подтверждает этот вывод.

Статья в тему:  Икона страшный суд в чем помогает

В 2009 году доля оправдательных приговоров составляла 2,3% всех осужденных (число подсудимых в статистике отсутствует), в отношении еще 10% лиц дело было прекращено из-за отсутствия состава или события преступления, что по обоим параметрам лучше итогов 2018 года.

Кроме того, согласно официальному отчету о судимости, в 2018 году оправдали и реабилитировали на 43% меньше подсудимых, чем в 2017 году, и — на 78,5% меньше, чем в 2014-м, что связывают с сокращением количества частных исков (без участия МВД или Следственного комитета), вызванного частичной декриминализацией побоев. Считается, что обвиняемых в частном порядке оправдывают чаще.

Председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев, опровергая тезис об обвинительном уклоне, отмечал в интервью «Адвокатской газете», что в 2016 году 30% дел было прекращено (не считая оправдательных приговоров) либо по реабилитирующим (отсутствие события или состава преступления), либо — по нереабилитирующим основаниям (истечение срока давности, амнистия, наличие приговора по такому же обвинению, примирение сторон, отсутствие заявления потерпевшего, раскаяние, смерть подсудимого).

«Какая разница, по каким основаниям прекращены эти дела? Нам же предлагали осудить людей по любым основаниям. Можно было прекратить эти дела, не направляя их в суд. Но их направили, суды этих людей не осудили, а все равно говорят об обвинительном уклоне», — говорил Лебедев.

В 2018 году, с учетом прекращения свыше 191 тысяча дел по нереабилитирующим основаниям (но не считая оправдательных приговоров), прекратили уголовные дела в отношении 193 тысячи человек (21,2% подсудимых).

Однако некоторые юристы критикуют такой взгляд на статистику, называя его манипулятивным и даже циничным (поскольку среди нереабилитирующих оснований есть смерть подсудимого). Нереабилитирующие основания «не позволяют рассматривать их как вариант «оправдания» ни в каком аспекте», сказал «Адвокатской газете» советник Федеральной палаты адвокатов России Сергей Насонов.

Более того, освобождение от наказания по нереабилитирующим основаниям равносильно признанию вины.

«[Оно] хотя и предполагает освобождение лица от уголовной ответственности и наказания, но расценивается правоприменительной практикой как основанная на материалах расследования констатация того, что лицо совершило преступление и фактически признало себя виновным», — говорится в разъяснении прокуратуры Приморского края.

Подсудимый получает судимость и обязуется принять на себя все ее негативные последствия, в числе которых может быть возмещение исковых требований или ущерба, причиненного преступлением; увольнение с работы или невозможность занимать определенные должности; более серьезная статья в случае, если человек по какой-либо причине еще раз окажется в суде; и многое другое.

Некоторые эксперты говорят, что поскольку суды не заинтересованы в оправдании, они зачастую дают подсудимому условный срок или же, если подсудимый еще не отбыл наказание за предыдущее преступление, и снова оказался в суде, — назначают ему наказание без учета предыдущего (это исключение из общего правила: обычно суд при вынесении приговора полностью или частично присоединяет к наказанию за второе преступление срок за первое, независимо от того, какая часть срока по нему была отбыта).

Каковы шансы на оправдание до суда

Защитники сложившейся практики указывают также на то, что до суда доходят около 20% уголовных дел. Такой позиции, например, придерживается агентство правовой информации РАПСИ, среди учредителей которого в прошлом фигурировали Конституционный суд, Верховный суд и Высший арбитражный суд.

«До суда доходит в среднем только одно дело из пяти зарегистрированных преступлений, что позволяет говорить о 80% оправданий», — считает издание. «Оправдание», таким образом, может быть совершено следователем, руководителем следственного органа, прокурором и лишь на последнем этапе — судьей.

Статья в тему:  Балабол 3 кто поедет в суд

Это отличает российское правосудие от стран, где подобного фильтра не существует, считают в РАПСИ.

«Другими словами, те дела, по которым в США выносят оправдательные приговоры, в России просто не дошли бы до суда: они были бы закрыты раньше», — утверждает издание.

По данным МВД за 2018 год, из 1,1 миллиона расследованных дел в суд направлено 300 тысяч, или 27%.

Подобную точку зрения оспаривают эксперты Института проблем правоприменения Европейского университета (ИПП). Руководитель ИПП Вадим Волков отмечал в своем тексте в РАПСИ, что большая часть дел, не дошедших до суда, приходится на нераскрытые преступления (54,6% к зарегистрированным по данным МВД за 2018 год).

Кроме того, прокуроры точно так же не заинтересованы в оправдательных приговорах, поскольку показатели их успешности напрямую связаны с количеством обвинительных приговоров, утверждают авторы исследования ВШЭ, РАН и Франкфуртской школы финансов и управления. Это вынуждает прокурора, который выступает на суде в качестве гособвинителя, договариваться с судьей о выгодном ему решении, в обмен на обещание не опротестовывать приговор в вышестоящей инстанции (что, в свою очередь, невыгодно судье).

По данным Генпрокуратуры, в 2018 году прокуроры отменили 14,9 тысячи постановлений следователей о возбуждении уголовного дела, в то время как постановлений об отказе в возбуждении — 2,2 миллиона.

Как утверждал в 2016 анонимный экс-сотрудник одной из районных прокуратур Петербурга, в прокуратуре, как и в МВД, негласно действует так называемая «палочная система», при которой карьерный рост работников обусловлен выполнением формальных количественных показателей. Об этом же в 2018 году писал анонимный блог «Особо опасный прокурор». Прокуроры, наоборот, заявляют, что ведомство «давно ушло» от палочной системы, указывая при этом, что она «сохраняется в некоторых [других] органах правопорядка».

Признание — царица доказательств

Еще одним аргументом сторонников отсутствия обвинительного уклона является большое количество дел, в которых обвиняемые полностью признают вину и подают ходатайство на рассмотрение дела в особом порядке. В этом случае дело рассматривается без исследования доказательств, т.е. без возможности оправдательного приговора, но при этом подсудимому гарантируется не более двух третей от предусмотренного статьей наказания. В 2018 году доля дел с полным признанием вины составила 69%.

Контекст

Как Россия преследует своих диссидентов в Америке

Eurasianet: Бизнес не верит в российское правосудие

Когда суды перестанут гнуть спины перед властью?

Противники этого аргумента считают, что высокая доля таких дел — повод для тревоги. Нередко подсудимые идут на признание не потому, что они чувствуют вину и согласны с обвинением, а потому, что не верят в возможность оправдания при традиционном порядке рассмотрения дела. Признавая вину, они надеются на смягчение приговора или закрытие дела по нереабилитирующим основаниям.

«Это типичный пример вынужденного волеизъявления, обусловленного пониманием ничтожности шансов на оправдание», — сказал «Адвокатской газете» советник Федеральной палаты адвокатов России Сергей Насонов.

«80% подсудимых в России — безработные и рабочие [плохо знающие свои права и не имеющие качественной защиты]. Обычно им предлагают подписать признание в обмен на особый порядок рассмотрения дела. Если дело сложное, где обвиняемый себя виновным не считает, ему говорят: «Будешь упираться, мы тебе квалификацию [преступления] натянем по максимуму. А если признаешь вину, назначим наказание помягче»«, — объясняет механизм появления признаний директор по исследованиям Института проблем правоприменения Кирилл Титаев. Иногда признание у подследственных добывают под пытками.

Формальный подход к делу

По мнению Кирилла Титаева, привычка рассматривать дела в особом порядке отрицательно влияет на квалификацию судей.

Статья в тему:  Чем занимается юрист в суде

«На сто обвинительных приговоров в России приходится 92 признания. То есть практически всегда есть „ злодей “ , который все признает. [В результате] у судей нет навыка реконструкции того, что происходило на самом деле. Когда в суд приносят видеоролик, судья часто даже не помнит, как приобщать видеозапись, представленную адвокатом, к делу, и что с ней делать. У судей [вместо этого] формируется совершенно другой подход. Дело должно содержать то-то и то-то, быть оформлено так-то и так-то. Вопрос о том, насколько оно коррелирует с реальностью, ломает весь мир [в котором живет] судья», — говорит он.

Ситуацию усугубляет перегруженность судов. Например, в Петербурге на одного мирового судью в 2018 году приходилось 306 дел в месяц, или около 10 в день.

«Мы очень сильно загружены… Задерживаемся после работы до восьми часов вечера, выходим на работу в выходные. Очень много бумаг, отчетов, которые мы должны сдавать, плюс заседания, прием граждан — нагрузка неимоверная. Поэтому люди бегут, долго не выдерживают. Качество работы страдает», — сказала изданию «Правмир» помощница мирового судьи в Петербурге на условиях анонимности.

Львиную долю дел, которые в конвейерном порядке рассматривают суды, составляют иски различных госучреждений (Пенсионного фонда, ФНС, предприятий ЖКХ) к должникам, требующие от судей чисто канцелярских навыков, считает Вадим Волков, поскольку в большинстве своем они автоматически удовлетворяются.

В 2016 году проблему признал Владимир Путин, отметив, что низкое качество судебных актов, вызванное высокой нагрузкой, приводит к нарушению прав граждан. Однако нормы судебной нагрузки, необходимость которых обсуждалась еще в 2017 году, до сих пор не разработаны.

Суд как звено правоохранительной системы

«Если начать рассматривать дела по существу, смотреть на качество доказывания — система рухнет. Появится много оправдательных приговоров. С увеличением их числа вырастет число тех [подсудимых], кто не признает вину, [а значит] «полетят» системы оценки [работы силовиков], завязанные на отсутствие оправдательных приговоров. Один такой приговор — это год без премии для следователя и выговор для его начальника», — говорит Кирилл Титаев.

Хотя формально судебная власть независима, а судьи неприкосновенны, несменяемы и (за исключением мировых) занимают посты бессрочно, ряд экспертов полагают, что они несвободны в принятии решений.

Согласно анализу Института проблем правоприменения, судейский корпус на 28-30% состоит из юристов, единственным опытом работы которых были должности в аппарате суда (помощник судьи или секретарь судебного заседания). Доля юристов с опытом работы в адвокатской среде, в прокуратуре, гражданском секторе сейчас снижается.

Решающую роль в распределении дел между судьями играют председатели судов, образующие «обособленный от рядовых судий аппарат», и судьи всегда советуются с председателем по особо чувствительным делам и выносят решение в соответствии с его рекомендациями, утверждает Вадим Волков. По его данным, почти треть председателей судов — бывшие работники прокуратуры.

Существует также Кадровая комиссия при президенте РФ, в которой доминируют представители президентской администрации и силовых ведомств — МВД, ФСБ, Генпрокуратуры. Она, по словам Волкова, комиссия определяет председателей судов, изучая оперативную информацию на них и оценивая их лояльность правоохранительной системе, а также выносит решения об утверждении кандидатур в судьи.

Таким образом, независимые суды фактически встроены в вертикаль правоохранительной системы. Вынося решения, они учитывают корпоративные интересы следователей, прокуроров и чиновников, что и порождает обвинительный уклон, считают эксперты.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Источники:

http://pravo.ru/story/235092/

http://www.vedomosti.ru/society/articles/2019/12/03/817784-kassatsionnie-sudi

http://www.kramola.info/vesti/letopisi-proshlogo/kogda-sudy-troyki-nkvd-mogli-vynosit-opravdatelnyy-prigovor

http://www.mk.ru/social/2021/09/09/sudy-v-rossii-zadokhnulis-ot-chrezmernoy-nagruzki.html

http://inosmi.ru/social/20191219/246473229.html

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector