2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Почему суды не выносят оправдательных приговоров

Содержание

В суде присяжных в 100 раз выше шанс оправдания, но велик риск назначения более сурового наказания

27 января Институт проблем правоприменения опубликовал аналитический обзор результатов работы судов с участием присяжных заседателей.

Автор исследования, к.социол.н., научный сотрудник ИПП Екатерина Ходжаева основывалась на статистике Судебного департамента при Верховном Суде. По ее словам, эти данные хотя и не безупречны, но являются единственным достоверным источником информации о деятельности судов присяжных в России.

В ходе освещения истории развития соответствующего института в постсоветской России Екатерина Ходжаева по отдельным вопросам изучила судебную статистику с 1994 г. Но основное внимание уделено результатам последней реформы суда присяжных, в результате которой полномочия по такому рассмотрению дел получили районные и иные приравненные к ним суды, а также был расширен перечень составов, по которым дело может быть рассмотрено с присяжными.

Присяжные чаще выносят обвинительные вердикты

Екатерина Ходжаева отметила, что в 2018 г. – первом полугодии 2019 г. присяжные заседатели выносили обвинительные вердикты в 66-77% случаев. При этом количество обвинительных вердиктов на уровне областных судов снизилось к 2019 г., а на уровне районных судов, напротив, возросло. В то же время в областных судах увеличилось количество оправдательных вердиктов, а в районных судах – снизилось.

Автор заметила, что показатель оправданий в судах присяжных почти в 100 раз выше, чем у судей при самостоятельном рассмотрении дела. Она подчеркнула, что даже если вычесть из всех дел публичного обвинения те, в которых подсудимые выразили согласие с предъявленным обвинением или заключили досудебное соглашение, показатели изменятся незначительно.

Наказание за выбор суда с участием присяжных?

Данные на уровне районных судов за первое полугодие 2019 г. свидетельствуют о том, что при обвинительном вердикте председательствующие судьи назначали более строгое наказание, чем обычно применяется при самостоятельном рассмотрении дела судьей. Этот тезис актуален и для тех случаев, когда присяжные приходили к выводу о необходимости снисхождения к подсудимому.

Однако на районном уровне пока рассмотрено недостаточное количество дел для того, чтобы говорить об устойчивой тенденции, подчеркнула автор исследования. По ее словам, для более точных выводов необходимы данные за несколько лет. Тем не менее Екатерина Ходжаева полагает, что суд присяжных для подсудимого – это выбор по принципу «пан или пропал». В таком суде в 100 раз выше шанс быть оправданным, но одновременно высока вероятность получить более суровое наказание в случае обвинительного вердикта.

«Можно предположить, что судьи неформально наказывают за то, что подсудимый выбрал более затратную форму судопроизводства, и одновременно посылают сигнал остальным обвиняемым осторожнее относиться к ходатайствам о суде присяжных», – пишет Екатерина Ходжаева.

При этом статистика Судебного департамента показывает, что судьи назначали более строгое наказание по обвинительным вердиктам присяжных не всегда. На основании анализа приговоров по ч. 2 ст. 105 УК с 2009 г. Екатерина Ходжаева указала, что более суровое наказание «за выбор суда присяжных» судьи стали назначать с 2014 г., т.е. после сужения юрисдикции таких судов, в результате которого несовершеннолетние, женщины и мужчины старше 65 лет потеряли возможность ходатайствовать о рассмотрении дел против них с участием присяжных.

Статья в тему:  Подал в суд на мать за то что родила

40% вынесенных на основании вердикта оправдательных приговоров отменены

За второе полугодие 2018 г. районные и равные им суды отменили 20% оправдательных приговоров, вынесенных на основании вердикта присяжных, за первые 6 месяцев 2019 г. эта цифра достигла почти 40%.

Обвинительные приговоры на основании вердикта отменяются или изменяются значительно реже. Однако, как указано в обзоре, сравнивать статистику отмен оправдательных и обвинительных вердиктов на анализе данных Судебного департамента некорректно. По словам исследователя, прокуратура обжалует каждое оправдание, но при этом нет информации о том, какая доля обвинительных приговоров, вынесенных на основании вердиктов, обжалуется.

Здесь же Екатерина Ходжаева отметила, что некоторые обвинительные приговоры могут положительно оцениваться стороной защиты и, соответственно, не будут обжалованы. Например, если деяние было переквалифицировано в лучшую для подсудимого сторону.

Почему наказание при осуждении в суде присяжных жестче

«Аналитический обзор представляет собой краткую, но обстоятельную вариацию социологического описания опубликованных результатов работы судов присяжных в период, охватывающий начальный этап функционирования этой формы судопроизводства на уровне районных судов», – отметил советник ФПА, адвокат АП г. Москвы, доцент кафедры уголовно-процессуального права МГЮА им. О.Е. Кутафина Сергей Насонов.

По его словам, выбор именно такого временного периода не случаен, поскольку одной из задач этого исследования – помимо проверки мифов о суде присяжных в российской публицистике – являлось обнаружение импульса для развития этого института, который был дан этой реформой.

Сергей Насонов оценил исследование положительно. Так, он отметил, что в обзоре имеются ссылки на соответствующую статистику, при этом комментарии автора даны в достаточно осторожной форме, отсутствуют радикальные выводы и голословные гипотезы, не подкрепленные конкретной статистической информацией. «Именно поэтому с большей частью выводов, изложенных в обзоре, можно согласиться без каких-либо оговорок», – сказал адвокат.

По его словам, практически все выводы характеризуются «безукоризненной эмпирической обоснованностью». Эксперт согласился с необходимостью развенчивания известных мифов, таких как «присяжные всех оправдывают», «все оправдательные приговоры отменяются в апелляции», «снисхождение присяжных существенно снижает наказание». Очевидно, что эти представления о «присяжном» судопроизводстве легко развенчиваются обращением к официальной статистике и судебной практике, подчеркнул Сергей Насонов.

Адвокат согласился и с тем, что признание подсудимого заслуживающим снисхождения не оказывает радикального влияния на размер назначаемого наказания. Это, по его мнению, обусловлено нормативным закреплением правовых последствий такого вердикта. «Представляется, что следует законодательно скорректировать последствия указанного решения присяжных так, чтобы оно оказывало более существенное воздействие на наказание», – отметил Сергей Насонов.

В то же время гипотеза автора о том, что при обвинительном вердикте судьи наказывают подсудимых жестче, чем если бы они рассматривали дело самостоятельно, нуждается, по мнению адвоката, в небольшом дополнении. Как пояснил Сергей Насонов, статистика не отражает, что чаще всего суд присяжных выбирают обвиняемые, не признающие себя виновными полностью или частично. Соответственно, в таких делах председательствующий не может учесть ряд смягчающих наказание обстоятельств, которые позволяют назначить менее суровое наказание в том случае, если подсудимый признает вину. Речь идет, в частности, о явке с повинной и об активном способствовании раскрытию преступления.

«Полагаю, постепенно районные суды приобретут адекватный опыт проведения таких процессов, что скажется на сроках рассмотрения этих дел и решении возникающих организационных проблем. В целом обзор фиксирует поступательное и прогрессивное развитие суда присяжных в России. Это опровергает один из самых распространенных мифов о том, что реализация реформы, расширившей применение суда присяжных, не увенчается успехом», – заключил Сергей Насонов.

Количество обвинительных вердиктов будет расти

Адвокат АП Ленинградской области Руслан Айдамиров утверждает, что сведения, содержащиеся в аналитическом обзоре, полностью соответствуют его опыту, полученному в судах с участием присяжных заседателей в четырех российских регионах.

Комментируя увеличение числа обвинительных вердиктов в районных судах, эксперт отметил, что, вполне вероятно, их количество будет расти. По его словам, примерно то же происходило ранее в судах областного звена: в первые годы количество оправдательных вердиктов доходило до 40%, а затем сократилось до нынешних 10-20%. Эксперт видит причину в том, что изначально прокуроры, не привыкшие к такому максимально состязательному процессу, значительно уступали адвокатам в красноречии и умении выступать публично.

«Но это продолжалось недолго. Прошло совсем немного времени, и среди гособвинителей зажглись свои звезды – их среда выдвинула тех, кто обладает навыками, необходимыми для успешного ведения дел в суде присяжных. Сегодня почти в каждой прокуратуре областного звена есть те, кто специализируется на суде присяжных. Нередко, это высококвалифицированные специалисты. Думаю, то же самое произойдет и на районном уровне. Поэтому и адвокатам, планирующим участвовать в суде присяжных, необходимо оттачивать свое мастерство», – полагает Руслан Айдамиров.

Статья в тему:  Когда суд вправе приостановить производство по делу

Как указал эксперт, отчет подтвердил то, что известно адвокатам, практикующим в суде присяжных: в случае признания подсудимого виновным ему нередко назначается более строгое наказание. «Это происходит оттого, что судьи воспринимают ходатайства обвиняемых о рассмотрении дела с участием присяжных как попытку избежать ответственности за содеянное, ведь нередко в виновности подсудимого они уверены. И, соответственно, наказывают подсудимого за такую попытку. Вдобавок, в процессе рассмотрения дела нередко возникает противостояние между стороной защиты и судьей, что тоже озлобляет судей и становится причиной вынесения суровых приговоров», – рассказал Руслан Айдамиров. Идти в суд присяжных ради смягчения наказания не имеет смысла, заключил он.

Суды сопротивляются присяжным?

Доцент кафедры уголовно-процессуального права Университета им. О.Е. Кутафина Артем Осипов полагает, что большинство тенденций развития суда присяжных, выявленных в обзоре, можно было легко спрогнозировать перед расширением подсудности в 2018 г.

«Более высокий процент оправдательных приговоров, чем в традиционной форме судопроизводства, возрастающее число ходатайств о рассмотрении дела с участием присяжных в судах районного звена, усиление “охлаждающего эффекта” со стороны судебной системы, выражающегося в росте числа отмен оправдательных приговоров в апелляционной инстанции, – все это более или менее объективные закономерности, которые отражают сложный процесс внедрения народного элемента в процесс отправления правосудия», – полагает Артем Осипов.

По его мнению, достаточно высокий процент оправдательных приговоров в судах районного звена по итогам второго полугодия 2018 г. можно объяснить крайне низким качеством расследования уголовных дел, подсудных районных судам, и высокими стандартами доказывания в суде присяжных. «Следственные подразделения, используя устоявшиеся и достаточно невзыскательные шаблоны расследования дел по ч. 1 ст. 105 и ч. 4 ст. 111 УК РФ, оказались в большинстве случаев не готовы перейти на стандарты доказывания в суде присяжных с их ориентацией на наглядность доказательств и приоритетность показаний, данных в суде, перед письменными материалами дела», – пояснил эксперт.

Рост числа отмен оправдательных приговоров, вынесенных на основании вердиктов присяжных, демонстрирует сопротивление системы судопроизводства распространению суда присяжных, указал Артем Осипов. По его словам, усложненная процедура рассмотрения дел присяжными требует от судебной системы значительных материальных затрат и более высокого уровня подготовки судей районных судов и их помощников. Как следствие, стандарт апелляционной проверки оправдательных и обвинительных приговоров различен, сообщил эксперт.

В качестве примера Артем Осипов привел такое распространенное основание для отмены вынесенных на основании вердиктов оправдательных приговоров, как систематическое и недозволенное воздействие стороны защиты на присяжных заседателей в процессе рассмотрения дела, когда вопреки адекватным действиям председательствующего само количество допущенных защитой нарушений не могло не повлиять на объективность коллегии присяжных заседателей.

«Как известно, сторона обвинения также допускает значительное число целенаправленных нарушений в присутствии коллегии присяжных, однако найти примеры отмен обвинительных приговоров со ссылкой на систематичность недозволенных действий прокурора практически невозможно. Кроме того, повышенный процент отмен оправдательных приговоров может быть обусловлен наличием у прокурора несоизмеримо больших возможностей по собиранию персональных данных присяжных заседателей, чем у стороны защиты. Такие сведения позволяют выявлять факты сокрытия присяжными важной информации о себе, что нередко используется прокурором в качестве основания для отмены оправдательного приговора», – рассказал эксперт.

По его мнению, отмеченные в обзоре тенденции во многом сохраняют отпечаток обвинительного уклона и недостаточной независимости судебной власти. «Тем не менее суд присяжных остается одним из немногих подлинно эффективных механизмов демократизации судебной системы, повышения качества результатов предварительного следствия, а также развития состязательного начала в судебном разбирательстве», – заключил Артем Осипов.

Об оправдательных приговорах. Стоит ли занести в “Красную книгу” этот вид судебного решения?

Не так давно я позволил себе порассуждать о том, работает ли в системе отечественного правосудия принцип состязательности сторон, декларируемый уголовно-процессуальным законом.

В своем опусе я упомянул, как об одной из причин, по которой этот принцип сильно хромает, нелюбовь судей к вынесению оправдательных приговоров.

Статья в тему:  Для каких судов применяется мкуб

И вот сегодня хочу высказать свое мнение о том, почему оправдательный приговор — столь редкое явление, настолько редкое, что ПАСО (палата адвокатов Самарской области) учредила награду адвокатам, в практике которых случалась такая невидаль.

Снова оговорюсь о том, что не претендую на обладание истиной в последней инстанции, все о чем буду здесь писать есть лишь мое собственное мнение (которое никому не навязываю), основанное на личном профессиональном опыте и опыте моих многочисленных коллег прокуроров, судей и адвокатов.

На вопрос: “Почему у нас так мало оправдательных приговоров?» существует официальный ответ, данный заместителем председателя Верховного суда Владимиром Давыдовым. Он пояснил, что оправдательных приговоров в России меньше 1% из-за того, что 90% уголовных дел рассматриваются судами при признании подсудимыми своей вины.

Я наверное соглашусь с тем, что такая причина имеет место быть, однако, она на мой взгляд не единственная.

Первая и наверное основная причина — это наследие совдепа. Многие поколения наших соотечественников привыкли к суть карательной роли советских судов. Все понимали, что попав на скамью подсудимых, выйти из здания суда без судимости вряд-ли получится (хотя справедливости ради стоит отметить, что в СССР оправдательных приговоров было больше, чем в современной России)).

Остальные причины, которые влияют на сей факт, имеют своих корни в первой.

Так, абсолютное большинство судей, рассматривающих уголовные дела в горрайсудах Самарской области, — бывшие работники, прокуратуры, либо следственно-оперативных органов, то есть читаем “обвинители”, то есть те люди, которые перед тем как занять судейское кресло на протяжении ряда лет осуществляли уголовное преследование, и у которых принцип Глеба Жеглова записан на подкорке головного мозга.

К слову сказать, адвокатов в судьи не берут. Все знают, что существует негласный запрет со стороны руководства областного суда (а кто-то считает, что эта директива идет из Москвы) на принятие на должности судей даже бывших адвокатов!

Кроме того, многие из ныне действующих судей (в том числе руководители областного суда, а это важно) работали в правоохранительных органах советского, либо постсоветского образца.

Следующая причина есть логическое продолжение ранее изложенных — исторически сложившееся восприятие представителей стороны обвинения как «своих”. В большинстве городов и районов судьи, прокуроры и правоохранители входят в одну тусовку (адвокаты к ней как правило не принадлежат). У этих людей часто складываются приятельские или даже дружеские отношения. Ведь, как говорят, „бывших не бывает”.

Потому судьи, зная, что “оправдос” есть большой косяк для следствия и для прокурора, утвердившего обвинительное заключение, за который если не выгонят со службы, то уж точно повесят дисциплинарное взыскание и снимут все доплаты к окладу, стараются не подводить своих коллег и “вытягивают” плохие уголовные дела.

И наконец, последняя причина — якобы существующий прямой запрет руководства областного суда на вынесение оправдательных приговоров.

Я не могу со стопроцентной уверенностью утверждать, что такой запрет реально существует, кто-то из знакомых судей подтверждал его существование, кто-то опровергал, однако, если прямого запрета на оправдательные и нет, то уж во всяком случае факты полного оправдания подсудимых точно не приветствуются.

Все знакомые судьи подтвердили, что если тебя угораздило вынести “оправдос”, то готовься к пристальному вниманию облсуда, куче всяческих совещаний, на которых тебе однозначно вынесут мозг, а еще и могут обвинить в коррупции.

Возвращаясь к вопросу, поставленному мной в заголовке, прихожу к выводу, что при нынешних обстоятельствах оправдательный приговор, как вид судебного решения стоит занести в „Красную книгу” ибо допущение о том, что оправдательные скоро начнут плодиться и размножаться наших горрайсудах, вызывает у меня серьезные сомнения.

Все за сегодня

Политика

Экономика

Наука

Война и ВПК

Общество

  • Культура
  • История
  • Религия
  • Спорт
  • Россия глазами иностранцев

ИноБлоги

Подкасты

Мультимедиа

  • Фото
  • Инфографика
  • ИноВидео
  • ИноАудио

Общество

Россия: суды выносят обвинительные приговоры в 99% случаев — миф или реальность? (Eurasianet, США)

Доля оправдательных приговоров, вынесенных судами РФ, стремится к нулю. Защитники судебной системы предлагают считать число оправданий с учетом не дошедших до суда и прекращенных в суде дел. При таком подсчете наличие обвинительного уклона ставится под сомнение, а суд представляется более гуманным.

Противники называют такой подход манипуляцией цифрами и утверждают, что обвинительный уклон не только существует, но имеет ясные причины. Судебная власть, по их мнению, встроена в правоохранительную систему и напрямую зависит от нее, поэтому суды выносят решения, выгодные следователям и гособвинителям.

Статья в тему:  Как пройти суд мед экспертизу

Сколько оправдательных приговоров

По данным Верховного суда, в 2018 году суды рассмотрели уголовные дела в отношении 956,6 тысячи человек, из которых осудили 681,9 тысячи человек, а оправдали всего 2,1 тысячи. Еще 1,7 тысячи освободили от ответственности, прекратив дела в связи с отсутствием состава преступления (когда деяние оказалось не преступным) или события преступления (когда оказалось, что преступного деяния не было), то есть по реабилитирующим основаниям.

Таким образом, общее число обвиняемых, чью невиновность удалось доказать, составляет 0,2% всех подсудимых, а количество освобожденных от ответственности по реабилитирующим основаниям — 0,18%.

Кроме того, около 191,2 тысячи дел прекращено по нереабилитирующим основаниям, т.е. подсудимые избежали тюремного заключения, но получили судимость со всеми вытекающими негативными последствиями.

В дополнение, дела в отношении 13,9 тысячи человек (1,5% подсудимых) вернули прокурорам для устранения нарушений или уточнения обвинений. Иногда такие решения приводят к прекращению дела (что рассматривается как альтернатива оправдательному приговору), но результат может быть и обратным. Как отмечают юристы, зачастую судья возвращает дело прокурору лишь для того, чтобы очистить его от ошибок и обеспечить вынесение обвинительного вердикта.

Согласно рейтингу World Justice Project, Россия занимает 101 место в мире (между Нигером и Доминиканой) по качеству уголовного правосудия.

Наличие обвинительного уклона признают ученые и бывшие судьи, политики и бывшие следователи, бизнесмены и эксперты. Так, член Совета по правам человека, федеральный судья в отставке Сергей Пашин в интервью «Новым известиям» называл российский суд «элементом карательной машины». По его словам, профессиональные судьи оправдывают на порядок меньше подсудимых, чем присяжные, а апелляционные инстанции отменяют оправдательные приговоры в десятки раз чаще, чем обвинительные.

Обвинительный уклон — миф или реальность?

Существование обвинительного уклона неоднократно признавал и президент РФ Владимир Путин. О том, что российские суды отходят от обвинительного уклона, заявил в сентябре 2019 года министр юстиции РФ Александр Коновалов. Официальная статистика, впрочем, не подтверждает этот вывод.

В 2009 году доля оправдательных приговоров составляла 2,3% всех осужденных (число подсудимых в статистике отсутствует), в отношении еще 10% лиц дело было прекращено из-за отсутствия состава или события преступления, что по обоим параметрам лучше итогов 2018 года.

Кроме того, согласно официальному отчету о судимости, в 2018 году оправдали и реабилитировали на 43% меньше подсудимых, чем в 2017 году, и — на 78,5% меньше, чем в 2014-м, что связывают с сокращением количества частных исков (без участия МВД или Следственного комитета), вызванного частичной декриминализацией побоев. Считается, что обвиняемых в частном порядке оправдывают чаще.

Председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев, опровергая тезис об обвинительном уклоне, отмечал в интервью «Адвокатской газете», что в 2016 году 30% дел было прекращено (не считая оправдательных приговоров) либо по реабилитирующим (отсутствие события или состава преступления), либо — по нереабилитирующим основаниям (истечение срока давности, амнистия, наличие приговора по такому же обвинению, примирение сторон, отсутствие заявления потерпевшего, раскаяние, смерть подсудимого).

«Какая разница, по каким основаниям прекращены эти дела? Нам же предлагали осудить людей по любым основаниям. Можно было прекратить эти дела, не направляя их в суд. Но их направили, суды этих людей не осудили, а все равно говорят об обвинительном уклоне», — говорил Лебедев.

В 2018 году, с учетом прекращения свыше 191 тысяча дел по нереабилитирующим основаниям (но не считая оправдательных приговоров), прекратили уголовные дела в отношении 193 тысячи человек (21,2% подсудимых).

Однако некоторые юристы критикуют такой взгляд на статистику, называя его манипулятивным и даже циничным (поскольку среди нереабилитирующих оснований есть смерть подсудимого). Нереабилитирующие основания «не позволяют рассматривать их как вариант «оправдания» ни в каком аспекте», сказал «Адвокатской газете» советник Федеральной палаты адвокатов России Сергей Насонов.

Более того, освобождение от наказания по нереабилитирующим основаниям равносильно признанию вины.

«[Оно] хотя и предполагает освобождение лица от уголовной ответственности и наказания, но расценивается правоприменительной практикой как основанная на материалах расследования констатация того, что лицо совершило преступление и фактически признало себя виновным», — говорится в разъяснении прокуратуры Приморского края.

Статья в тему:  Какой суд рассматривает дела о мошенничестве

Подсудимый получает судимость и обязуется принять на себя все ее негативные последствия, в числе которых может быть возмещение исковых требований или ущерба, причиненного преступлением; увольнение с работы или невозможность занимать определенные должности; более серьезная статья в случае, если человек по какой-либо причине еще раз окажется в суде; и многое другое.

Некоторые эксперты говорят, что поскольку суды не заинтересованы в оправдании, они зачастую дают подсудимому условный срок или же, если подсудимый еще не отбыл наказание за предыдущее преступление, и снова оказался в суде, — назначают ему наказание без учета предыдущего (это исключение из общего правила: обычно суд при вынесении приговора полностью или частично присоединяет к наказанию за второе преступление срок за первое, независимо от того, какая часть срока по нему была отбыта).

Каковы шансы на оправдание до суда

Защитники сложившейся практики указывают также на то, что до суда доходят около 20% уголовных дел. Такой позиции, например, придерживается агентство правовой информации РАПСИ, среди учредителей которого в прошлом фигурировали Конституционный суд, Верховный суд и Высший арбитражный суд.

«До суда доходит в среднем только одно дело из пяти зарегистрированных преступлений, что позволяет говорить о 80% оправданий», — считает издание. «Оправдание», таким образом, может быть совершено следователем, руководителем следственного органа, прокурором и лишь на последнем этапе — судьей.

Это отличает российское правосудие от стран, где подобного фильтра не существует, считают в РАПСИ.

«Другими словами, те дела, по которым в США выносят оправдательные приговоры, в России просто не дошли бы до суда: они были бы закрыты раньше», — утверждает издание.

По данным МВД за 2018 год, из 1,1 миллиона расследованных дел в суд направлено 300 тысяч, или 27%.

Подобную точку зрения оспаривают эксперты Института проблем правоприменения Европейского университета (ИПП). Руководитель ИПП Вадим Волков отмечал в своем тексте в РАПСИ, что большая часть дел, не дошедших до суда, приходится на нераскрытые преступления (54,6% к зарегистрированным по данным МВД за 2018 год).

Кроме того, прокуроры точно так же не заинтересованы в оправдательных приговорах, поскольку показатели их успешности напрямую связаны с количеством обвинительных приговоров, утверждают авторы исследования ВШЭ, РАН и Франкфуртской школы финансов и управления. Это вынуждает прокурора, который выступает на суде в качестве гособвинителя, договариваться с судьей о выгодном ему решении, в обмен на обещание не опротестовывать приговор в вышестоящей инстанции (что, в свою очередь, невыгодно судье).

По данным Генпрокуратуры, в 2018 году прокуроры отменили 14,9 тысячи постановлений следователей о возбуждении уголовного дела, в то время как постановлений об отказе в возбуждении — 2,2 миллиона.

Как утверждал в 2016 анонимный экс-сотрудник одной из районных прокуратур Петербурга, в прокуратуре, как и в МВД, негласно действует так называемая «палочная система», при которой карьерный рост работников обусловлен выполнением формальных количественных показателей. Об этом же в 2018 году писал анонимный блог «Особо опасный прокурор». Прокуроры, наоборот, заявляют, что ведомство «давно ушло» от палочной системы, указывая при этом, что она «сохраняется в некоторых [других] органах правопорядка».

Признание — царица доказательств

Еще одним аргументом сторонников отсутствия обвинительного уклона является большое количество дел, в которых обвиняемые полностью признают вину и подают ходатайство на рассмотрение дела в особом порядке. В этом случае дело рассматривается без исследования доказательств, т.е. без возможности оправдательного приговора, но при этом подсудимому гарантируется не более двух третей от предусмотренного статьей наказания. В 2018 году доля дел с полным признанием вины составила 69%.

Контекст

Как Россия преследует своих диссидентов в Америке

Eurasianet: Бизнес не верит в российское правосудие

Когда суды перестанут гнуть спины перед властью?

Противники этого аргумента считают, что высокая доля таких дел — повод для тревоги. Нередко подсудимые идут на признание не потому, что они чувствуют вину и согласны с обвинением, а потому, что не верят в возможность оправдания при традиционном порядке рассмотрения дела. Признавая вину, они надеются на смягчение приговора или закрытие дела по нереабилитирующим основаниям.

«Это типичный пример вынужденного волеизъявления, обусловленного пониманием ничтожности шансов на оправдание», — сказал «Адвокатской газете» советник Федеральной палаты адвокатов России Сергей Насонов.

«80% подсудимых в России — безработные и рабочие [плохо знающие свои права и не имеющие качественной защиты]. Обычно им предлагают подписать признание в обмен на особый порядок рассмотрения дела. Если дело сложное, где обвиняемый себя виновным не считает, ему говорят: «Будешь упираться, мы тебе квалификацию [преступления] натянем по максимуму. А если признаешь вину, назначим наказание помягче»«, — объясняет механизм появления признаний директор по исследованиям Института проблем правоприменения Кирилл Титаев. Иногда признание у подследственных добывают под пытками.

Статья в тему:  Как устроиться в суд секретарем

Формальный подход к делу

По мнению Кирилла Титаева, привычка рассматривать дела в особом порядке отрицательно влияет на квалификацию судей.

«На сто обвинительных приговоров в России приходится 92 признания. То есть практически всегда есть „ злодей “ , который все признает. [В результате] у судей нет навыка реконструкции того, что происходило на самом деле. Когда в суд приносят видеоролик, судья часто даже не помнит, как приобщать видеозапись, представленную адвокатом, к делу, и что с ней делать. У судей [вместо этого] формируется совершенно другой подход. Дело должно содержать то-то и то-то, быть оформлено так-то и так-то. Вопрос о том, насколько оно коррелирует с реальностью, ломает весь мир [в котором живет] судья», — говорит он.

Ситуацию усугубляет перегруженность судов. Например, в Петербурге на одного мирового судью в 2018 году приходилось 306 дел в месяц, или около 10 в день.

«Мы очень сильно загружены… Задерживаемся после работы до восьми часов вечера, выходим на работу в выходные. Очень много бумаг, отчетов, которые мы должны сдавать, плюс заседания, прием граждан — нагрузка неимоверная. Поэтому люди бегут, долго не выдерживают. Качество работы страдает», — сказала изданию «Правмир» помощница мирового судьи в Петербурге на условиях анонимности.

Львиную долю дел, которые в конвейерном порядке рассматривают суды, составляют иски различных госучреждений (Пенсионного фонда, ФНС, предприятий ЖКХ) к должникам, требующие от судей чисто канцелярских навыков, считает Вадим Волков, поскольку в большинстве своем они автоматически удовлетворяются.

В 2016 году проблему признал Владимир Путин, отметив, что низкое качество судебных актов, вызванное высокой нагрузкой, приводит к нарушению прав граждан. Однако нормы судебной нагрузки, необходимость которых обсуждалась еще в 2017 году, до сих пор не разработаны.

Суд как звено правоохранительной системы

«Если начать рассматривать дела по существу, смотреть на качество доказывания — система рухнет. Появится много оправдательных приговоров. С увеличением их числа вырастет число тех [подсудимых], кто не признает вину, [а значит] «полетят» системы оценки [работы силовиков], завязанные на отсутствие оправдательных приговоров. Один такой приговор — это год без премии для следователя и выговор для его начальника», — говорит Кирилл Титаев.

Хотя формально судебная власть независима, а судьи неприкосновенны, несменяемы и (за исключением мировых) занимают посты бессрочно, ряд экспертов полагают, что они несвободны в принятии решений.

Согласно анализу Института проблем правоприменения, судейский корпус на 28-30% состоит из юристов, единственным опытом работы которых были должности в аппарате суда (помощник судьи или секретарь судебного заседания). Доля юристов с опытом работы в адвокатской среде, в прокуратуре, гражданском секторе сейчас снижается.

Решающую роль в распределении дел между судьями играют председатели судов, образующие «обособленный от рядовых судий аппарат», и судьи всегда советуются с председателем по особо чувствительным делам и выносят решение в соответствии с его рекомендациями, утверждает Вадим Волков. По его данным, почти треть председателей судов — бывшие работники прокуратуры.

Существует также Кадровая комиссия при президенте РФ, в которой доминируют представители президентской администрации и силовых ведомств — МВД, ФСБ, Генпрокуратуры. Она, по словам Волкова, комиссия определяет председателей судов, изучая оперативную информацию на них и оценивая их лояльность правоохранительной системе, а также выносит решения об утверждении кандидатур в судьи.

Таким образом, независимые суды фактически встроены в вертикаль правоохранительной системы. Вынося решения, они учитывают корпоративные интересы следователей, прокуроров и чиновников, что и порождает обвинительный уклон, считают эксперты.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Дела возвращают, дела прекращают

Судя по данным Судебного департамента при Верховном суде России, более 14 тысяч человек только за полгода попали под действие новых гуманных правил. Они были освобождены от уголовной ответственности, так как раскаялись и загладили ущерб. О том, что влияет на смягчение приговора и ведёт к прекращению дела рассказал адвокат по уголовным делам нашего правового центра Евгений Эрлихман

Статья в тему:  Как проходит суд в германии

Статистика, если в ней разобраться, опровергает расхожее мнение о якобы обвинительном уклоне правосудия. Наши подходы во многом мягче, чем в других развитых странах. При этом, как ни парадоксально, чистых оправдательных приговоров действительно немного. Но тут все дело в некоторых наших юридических особенностях: когда человек не виноват, его не всегда оправдывают, но при этом и не осуждают. Дело просто прекращается.
Всего за полгода из следственных изоляторов были выпущены без судимости более 6,3 тысячи человек. Они были либо оправданы, либо их дела прекращены по самым разным основаниям.

«Ещё тенденция — суды стали чаще возвращать дела прокурору. По данным Судебного департамента, в этом году это случилось 6,3 тысячи раз. Для сравнения: в прошлом году за шесть месяцев суды вернули 5,9 тысячи дел. При этом самих дел в суды поступило меньше, так что по факту получается, что суды стали гораздо строже относиться к обвинению», — рассказывает адвокат по уголовным делам Евгений Эрлихман

На практике нередко бывает, что возвращенное в прокуратуру дело тихо там и умирает. Все как бы остаются при своих: человек не осужден, но и правоохранители вроде бы не проиграли в суде. Конечно, возврат не означает, что о деле забудут. Иногда следствие проводит работу над ошибками и вновь выдвигает обвинения.

«Как бы то ни было, низкое число оправдательных приговоров, по словам экспертов, не показатель суровости нашей системы. В США, например, до судебного разбирательства доходит лишь небольшой процент дел, там, где обвиняемый намерен стоять до конца. В основном ещё на предварительной стадии происходит торг между обвинением и защитой, и роль адвокатов- выторговать для клиента условия получше. У нас такой торговли не предусмотрено. Если человек признает вину, он может согласиться на особую процедуру, то есть упрощенный порядок, и тогда ему гарантируется смягчение наказания. Но оправдательного приговора в таком случае быть не может, человек и не отрицает, что виноват», — поясняет адвокат по уголовным делам Евгений Эрлихман

Всего за полгода было осуждено почти 339 тысяч человек. Из них почти 240 тысяч были осуждены в особом порядке. Так что в рамках обычного разбирательства получили обвинительный приговор примерно 79 тысяч человек. На этом фоне цифры оправдательных приговоров и закрытых дел выглядят совсем по-другому. 1,8 тысячи человек были оправданы, как говорится, вчистую. Из них 986 человек получили оправдательные приговоры. Дела остальных были закрыты за отсутствием события или состава преступления. То есть это было почти то же самое, что и оправдательный приговор. Еще дела часто закрывались по нереабилитирующим причинам, то есть человек не оправдан, но его решено не судить.

«Активно заработали новые правила: человека, впервые совершившего нетяжкое преступление, можно освободить от уголовной ответственности, если он раскаялся и возместил ущерб. При этом суд назначит ему штраф, но судимости у человека не будет. Под такие нормы попали более 14,2 тысячи человек. Плюс такой системы в том, что она не ставит черное пятно в биографии человека. Формально судимости у него нет. Ведь справка с клеймом калечит жизнь хуже, чем тюрьма», — резюмирует адвокат по уголовным делам Евгений Эрлихман

Отменяют почти 90% решений: почему оправданных присяжными судят по несколько раз

14 апреля Артёма Клепче из Пскова оправдали присяжные по обвинению в двойном убийстве.

По версии следствия, он зарубил топором двоих человек, в том числе лицо, находящееся для убийцы в заведомо беспомощном состоянии, сообщила RT объединённая пресс-служба судов Псковской области.

Согласно версии обвинения, указанное преступление совершено в период не снятых и не погашенных в установленном законом порядке судимостей.

При освобождении из мест лишения свободы в отношении него установлен административный надзор.

Если бы мужчину признали виновным, ему грозило бы суровое наказание — вплоть до пожизненного лишения свободы.

Однако присяжные сочли, что доказательств его вины недостаточно, и в октябре 2020 года вынесли вердикт о непричастности подсудимого к совершению преступления. Псковича освободили из-под стражи прямо в зале суда.

Прокуратура обжаловала вердикт. Дело направили на новое рассмотрение, однако присяжные снова его оправдали.

Статья в тему:  Как узнать штрафы по суду

Четырежды оправданный

Такие случаи, как с Клепче, происходят постоянно. В июле прошлого года в Крыму присяжные в четвёртый раз оправдали 26-летнего мужчину, обвиняемого в избиении и убийстве 54-летнего гражданина.

Верховный суд республики трижды возвращал дело на новое рассмотрение, в последний раз даже пришлось поменять территориальную подсудность, поскольку в районном суде первой инстанции не осталось судей, которые не рассматривали это дело (по закону рассматривать нужно каждый раз новым составом суда. — RT).

Летом 2018 года присяжные заседатели во второй раз оправдали москвича, обвиняемого в убийстве трёх человек — своих родителей и брата.

Но не всегда оправдательный приговор остаётся в силе даже после повторного вынесения. Так, летом 2019-го студентку из Самары приговорили к восьми годам колонии за сбыт наркотиков в особо крупном размере, несмотря на то что перед этим её дважды оправдал суд присяжных.

При этом в судах присяжных шансы на оправдание в десятки раз выше, чем в обычных.

Так, по данным судебного департамента Верховного суда, в 2020 году количество оправдательных приговоров составило всего 0,34% от всех вынесенных судебных решений.

Но, как подсчитали в Институте проблем правоприменения, доля оправдательных приговоров в судах с участием присяжных в первой половине 2020 года на областном уровне составила 21,9%, на районном — 29,8%. Однако значительную часть таких решений в дальнейшем отменили.

Так, за первую половину 2020 года апелляционные инстанции отменили 87,8% всех оправдательных приговоров, вынесенных районными судами с участием присяжных. Всего за этот период было вынесено 57 таких решений, 50 приговоров было отменено.

При этом обвинительные вердикты отменяют существенно реже, следует из той же статистики. Так, в первом полугодии 2020 года было отменено только 19,5% таких решений, вынесенных присяжными районных судов.

Мнимые нарушения

Судья в отставке, профессор НИУ ВШЭ и заслуженный юрист России Сергей Пашин пояснил RT, что в соответствии со ст. 389.25 УПК РФ правовых оснований для отмены приговора присяжных всего два.

«Оправдательный приговор, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных, подлежит отмене, если при неясном и противоречивом вердикте председательствующий судья не указал присяжным на его неясность и противоречивость, — рассказывает Пашин. — Например, когда одни и те же вопросы решены по-разному — судят людей в соучастии, но одному что-то вменяется, а второму — забыли. Или одного осудили с какой-то оговоркой, а другого — нет».

Также, продолжает Пашин, приговор «может быть отменён по представлению прокурора или жалобе потерпевшего при наличии существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора или потерпевшего на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными вопросов или их ответов на них».

«То есть речь идёт о серьёзных нарушениях, которые составляют фундаментальный дефект процедуры разбирательства», — подчёркивает эксперт.

Адвокат Алексей Уколов отмечает, что зачастую эти нарушения — мнимые.

В качестве примера он приводит недавнее дело из собственной практики, когда его подзащитного, обвиняемого в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью (ч. 4 ст. 111 УК РФ), трижды оправдали присяжные.

В первый раз, по словам Уколова, дело рассматривала коллегия из шести человек в районном суде, вынесшая оправдательный вердикт. Но затем приговор обжаловали прокуратура и потерпевший.

«В качестве «нарушения» указывалось, что в своём выступлении я якобы оказал незаконное воздействие на присяжных. А я лишь привёл цитату одного известного коллеги, что «правосудие — слишком серьёзная вещь, чтобы доверять его юристам». Это стало одним из обстоятельств, на основании которых вышестоящая инстанция отменила приговор, хотя нигде в законе нет запрета на цитирование других юристов в присутствии присяжных».

«Не правовая практика»

Есть и другие обстоятельства, на основании которых суды отменяют оправдательные приговоры.

«По закону нельзя касаться вопросов, которые могут вызвать предубеждение против подсудимого, — говорить, что он ранее судим, имеет наркотическую или алкогольную зависимость. Но суды трактуют это требование так широко, что вообще запрещают обсуждать какие-либо сведения о личности подсудимого, например наличие детей», — объясняет Сергей Пашин.

Также суд может счесть нарушением указание на то, что преступление совершил другой человек.

«Если обвиняемый говорит, что это не он поджёг дом, а сосед, к примеру, это тоже может привести к отмене оправдательного вердикта», — рассказывает эксперт. «Ещё не разрешают обвиняемому и его защите говорить о пытках, которые к нему применяли», — продолжает Пашин.

Статья в тему:  Минский городской суд какие дела рассматривает

На всё вышеперечисленное законодательных запретов нет. «Это придуманные нарушения, основанные на практике Верховного суда, но практика эта совершенно не правовая», — убеждён эксперт.

Встречаются и более курьёзные случаи. «Как-то один из адвокатов через несколько дней после вынесения вердикта пошёл с присяжными в ресторан отмечать счастливое окончание дела. Праздновали на деньги оправданных. Застолье сняли на камеру, а потом показали в суде — посмотрите, мол, какие у нас арбитры заседают. Это послужило поводом к обжалованию приговора, основанного на вердикте этих присяжных, и в итоге его отменили», — рассказывает юрист Валентин Карелин.

«При этом одно и то же действие в случае обвинительного приговора не воспринимается как нарушение, влекущее отмену приговора, а в случае оправдательного вердикта то же самое действие расценивается как непременно повлиявшее на присяжных и влекущее отмену приговора», — отмечает адвокат, советник Федеральной палаты адвокатов Сергей Насонов.

«Прокурор знает всё»

По закону присяжный должен быть не моложе 25 лет, не состоять на учёте в ПНД, быть дееспособным и не иметь непогашенных, а также неснятых судимостей. Однако основанием для отмены оправдательного приговора могут стать и данные о личности присяжных, не содержащиеся в этом перечне, говорит Сергей Пашин.

«Например, присяжный забыл сказать, что он в каком-то давнем году был судим, хотя сейчас судимостей не имеет. Или вообще какой-нибудь его племянник привлекался когда-то к административной ответственности. Суд делает вывод, что присяжные сообщили о себе неполную информацию, и отменяет приговор — не за то, что кто-то судим, а за то, что присяжный не ответил правдиво на вопрос, хотя он мог и не знать этих сведений или забыть о них», — поясняет эксперт.

«Прокурор знает о присяжных всё уже на второй день работы. Наводит справки о них и может держать некий такой козырь в рукаве: если вынесут оправдательный приговор, он явит эти сведения суду, и приговор отменят», — добавляет Пашин.

«Происходит глубокая проверка личных сведений о присяжных, их родственниках, семьях», — соглашается с ним Сергей Насонов. «В моём понимании, это абсолютно недопустимо, потому что присяжные — это те же судьи, их статус приравнен к статусу судьи, а значит, их личные данные тоже должны быть полностью неприкосновенны. Но в очень многих случаях оправдательный приговор отменяется потому, что прокурор представил свидетельства того, что присяжные что-то утаили при формировании коллегии», — отмечает адвокат.

Месть за оправдание

Но даже если оправдательный приговор устоял, нет гарантий, что на этом уголовное преследование закончится. Пример — дело московского предпринимателя Ильи Аверьянова.

Бывший владелец кондитерской фабрики «Меньшевик» обвинялся в убийстве охранника в 2017 году в ходе перестрелки на предприятии. Следствие тогда сочло, что пришедшие на фабрику люди хотели взыскать с Аверьянова долг, а тот открыл по приставам и представителям кредитора огонь, чтобы не дать им провести исполнительные действия.

Сам бизнесмен заявлял, что стал жертвой рейдерского захвата, его разорили с помощью поддельных документов и пытаются отнять фабрику, а выстрел в охранника был трагической случайностью. Аверьянова арестовали в декабре 2017-го, ему грозило до 20 лет лишения свободы. В январе 2020 года его оправдали присяжные в Мосгорсуде.

Потерпевшие пытались дважды обжаловать приговор — в апелляционной и кассационной инстанциях, но летом 2020-го Верховный суд окончательно оставил его в силе.

В апреле 2021 года на Аверьянова завели новое уголовное дело — на этот раз по покушению на убийство. «Аверьянову инкриминируется покушение на убийство трёх лиц на территории и в помещениях фабрики «Меньшевик». По версии следствия, Аверьянов стрелял по два раза в Раджабова и Абрамова, а также один раз — в пристава Бокова, желая воспрепятствовать таким образом производству исполнительных действий», — сообщил RT адвокат предпринимателя Андрей Бастраков.

«Дело возбуждено на основании материалов, выделенных из уголовного дела, которое закончилось оправдательным приговором, но выделение материалов произведено в нарушение норм уголовно-процессуального закона», — считает адвокат.

Защитник Аверьянова уверен, что эту историю следует воспринимать как «месть со стороны оппонентов за оправдательный приговор, потому что ранее следствие не усматривало оснований для возбуждения уголовного дела».

Статья в тему:  Какие условные сигналы применяются для взаимодействия с воздушными судами

«Оппоненты Аверьянова в прессе не раз высказывали своё удивление по поводу исхода дела. Выйдя на свободу, он продолжил добиваться возбуждения уголовного дела в связи с отчуждением зданий фабрики. Новое уголовное дело в отношении него может затормозить этот процесс», — поясняет адвокат.

Слабые доказательства

Вместе с тем среди вердиктов присяжных и вынесенных на их основании приговоров немало парадоксальных, вызывающих в обществе удивление и недоумение. Так, многие граждане возмущались оправданию Николая Мишина, обвиняемого в убийстве восьмилетней девочки из Краснодарского края.

Или убийство мужчины прохожим на Курском вокзале: человека лишили жизни лишь за то, что, по мнению нападавшего, он был нетрадиционной сексуальной ориентации. Преступление совершалось в условиях очевидности, прямо под камерами видеонаблюдения. Как писали СМИ, улик у обвинения хватало — это и орудие преступления, и записи камер, и показания свидетелей. Но присяжные всё равно оправдали убийцу.

«Такие истории — главный пункт критики суда присяжных. Сама природа этого института такова во всех странах, где он есть, — в США, России. При суде присяжных нельзя добиваться от них обоснования своего вердикта, той же мотивировки, что и у профессиональных судей, — они могут просто принять решение на эмоциях, руководствуясь своим чувством справедливости, интуицией, а иногда и состраданием, если, например, человека признают виновным и перед ними ставится вопрос, заслуживает ли он снисхождения. Присяжные отвечают на поставленные вопросы только да или нет. При этом в российском правопорядке они должны стремиться «к принятию единодушных решений» (ч. 1 ст. 343 УПК РФ), и это чуть ли не единственное требование к мотивации их вердикта», — рассказывает RT юрист Валентин Карелин.

«Присяжные обсуждают вопросы факта, а не права. Они не могут сказать, что несогласны с квалификацией. Если адвокаты убедили их в ходе заседания, что преступление надо было иначе квалифицировать, не как убийство, к примеру, а как что-то другое (тяжкие телесные, приведшие к смерти), и присяжные с этим согласны, для них единственный вариант — ответить нет на поставленный вопрос, поскольку они могут либо полностью согласиться с предъявленным обвинением, либо полностью его отвергнуть, — говорит юрист. — Этим и объясняются многие случаи, кажущиеся оправданием убийц присяжными. Просто они, не будучи готовыми признать за подсудимым прямой умысел на лишение человека жизни, при этом легко могут не считать его невиновным».

«Зачастую оправдательные вердикты связаны с отсутствием доказательств, — считает Сергей Пашин. — Если обвинение не представило убедительных доказательств, присяжные не будут осуждать человека, брать грех на душу».

«Когда выносят такие парадоксальные вердикты, это связано с тем, что присяжные могли не увидеть позицию защиты в опросном листе, поскольку суд её просто там не обозначил. В итоге присяжные, если больше верят защите, но не видят её позиции в опросном листе, отвечают на вопросы обвинения отрицательно», — рассказывает Сергей Насонов.

«Присяжные не устанавливают, что произошло в реальности, на самом деле. Перед ними ставится вопрос в другой формулировке: «Доказано ли, что событие, преступление имело место?», «Доказано ли, что его совершил подсудимый?». То есть им надо дать ответ на более простой вопрос: удалось ли конкретному прокурору в этом процессе убедить своими доказательствами коллегию? А если прокурор представил доказательства безграмотно, несистемно их изложил, запутался сам и запутал коллегию, оправдательный вердикт в данном случае будет результатом его деятельности», — заключает эксперт.

На сегодня судами присяжных рассматривается очень мало дел — лишь несколько сотен в год. Для сравнения, за 2019 год всего российскими судами было рассмотрено 749 тыс. уголовных дел. Но в 2018-м началась реформа этого вида судопроизводства — заседания с участием присяжных распространили на уровень районных судов. «До этого в стране было всего 100 судов, где были присяжные, — областные, краевые, Верховные суды республик и военные окружные суды. А добавилось 2200 судов. Значит, в 22 раза должно возрасти количество дел. Но этого не произошло», — считает Сергей Пашин.

По словам Сергея Насонова, число дел, рассматриваемых присяжными, всё же увеличилось с начала реформы. «Если до неё рассматривали около 200 дел в год, то сейчас их уже 700—800. Реформа ещё продолжается, и постепенно эти цифры будут расти», — уверен адвокат.

Источники:

http://www.advgazeta.ru/novosti/v-sude-prisyazhnykh-v-100-raz-vyshe-shans-opravdaniya-no-velik-risk-naznacheniya-bolee-surovogo-nakazaniya/

http://zakon.ru/blog/2020/8/11/ob_opravdatelnyh_prigovorah_stoit_li_zanesti_v_krasnuyu_knigu_etot_vid_sudebnogo_resheniya

http://inosmi.ru/social/20191219/246473229.html

http://chelovekizakon.ru/dela/dela-vozvrashchayut-dela-prekrashchayut

http://russian.rt.com/russia/article/855470-reshenie-prisyazhnye-opravdanie-sud

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector